МОСКОВСКИЙ СОБОР 1917-1918

Статья из энциклопедии "Древо": drevo-info.ru

Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917-1918 годов.
Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917-1918 годов.
Поместный Собор Российской Православной Церкви, проходил в зданиях епархиального дома и духовной семинарии города Москвы, в 3 сессии с 15 августа 1917 по 20 сентября 1918 года [1]. Первый Всероссийский церковный Собор после 1690 года, он ознаменовал конец синодального периода и восстановление патриаршества.

Подготовка

Предсоборное Присутствие 1906 года

В 1905 году революционная смута в Российской империи привела к серьёзным сдвигам в отношении государства к религии. Под давлением окружения и условий, Всероссийский император страстотерпец Николай II Александрович 17 апреля издал Указ об укреплении начал веротерпимости, а 17 октября - Манифест об усовершенствовании государственного порядка. Преобразования в религиозной жизни, обусловленные этими деяниями, активизировали и раскрепощали деятельность неправославных религиозных организаций, тогда как Русская Православная Церковь продолжала оставаться скованной прежним устройством и законодательством. Между тем новые условия требовали значительных перемен и 16 января 1906 года император учредил Предсоборное Присутствие - орган, который должен был в течение нескольких месяцев, максимум года, подготовить созыв Поместного Собора и проекты основных соборных решений.

Председателем Предсоборного Присутствия был назначен митрополит Санкт-Петербургский Антоний (Вадковский), его заместителями стали митрополиты Московский священномученик Владимир (Богоявленский) и Киевский Флавиан (Городецкий). Кроме ряда архиереев в Предсоборном Присутствии принимали участие ведущие профессора духовных академий и университетов: такие как богословы профессора Н. Н. Глубоковский и А. И. Бриллиантов, историки академик Е. Е. Голубинский и В. О. Ключевский, философ профессор В. И. Несмелов. В составе Присутствия было образовано семь отделов:

  • I отдел:
    • Задачи: решение вопросов о составе и проведении Поместного Собора (такие как: Как происходят выборы членов Собора? В каком количестве избираются члены на Собор? Как Собор будет проходить? Как на нем будут рассматриваться вопросы, приниматься решения и т.д.) и разработка проектов о преобразованиях высшего церковного управления
    • Председатель: архиеп. Херсонский Димитрий (Ковальницкий)
    • Состав: 26 человек, подавляющее большинство - профессора духовных академий
    • Место деятельности: зал Училищного совета при Святейшем Синоде (Кабинетская ул., 13)
  • II отдел:
  • III отдел:
  • IV отдел:
    • Задачи: разбор вопросов о приходской жизни: новый приходской устав, вопросы о распоряжении приходским имуществом, о церковной школе, о проведении епархиальных съездов и участии священнослужителей в общественных и сословных учреждениях
    • Председатель: архиеп. Могилевский Стефан (Архангельский)
    • Состав: 13 человек
    • Место деятельности: Синодальный архив в здании Святейшего Синода
  • V отдел:
  • VI отдел:
  • VII отдел:

Заседание Предсоборного Присутствия. 1906 г. Православная энциклопедия, том "Русская Православная Церковь".
Заседание Предсоборного Присутствия. 1906 г. Православная энциклопедия, том "Русская Православная Церковь".
Предсоборное Присутствие работало в Александро-Невской Лавре с 3 марта по 15 декабря 1906 года с перерывом с 13 июня по 1 ноября. Работа происходила в отделах и в общем собрании. Предполагалось, что все рассмотренные в отделах вопросы будут затем пропущены через общее собрание, но для этого не хватило времени. На общем собрании были полностью рассмотрены работы первого и второго отделов и лишь некоторые разработки отделов с третьего по седьмой. Результаты были обобщены в сводном докладе. Также были изданы протоколы заседаний.

Одним из наиболее важных выводов Присутствия было единогласное мнение за восстановление Поместных Соборов, которые было предложено созывать Соборы не реже одного раза в десятилетие, тогда как Соборы митрополичьих округов предполагалось проводить согласно канонам - раз-два в год. Поместный Собор должен был быть наделён высшей властью: законодательной, руководственной, судебной, ревизионной. I отдел Присутствия разработал проект положения о составе Собора (за исключением порядка выборов соборян от клира и мирян). В межсоборные периоды предполагалось, что будет действовать Синод, избирающийся Собором, а не назначающийся государем, во главе с первоиерархом.

По поводу первоиерарха возникла дискуссия: большинство высказалось за восстановление патриаршества, но были и видные сторонники модели в которой первоиерерх был бы первенствующим членом Синода, избранным на Соборе. Противники возрождения патриаршества приводили разные аргументы. Так, А. Д. Самарин утверждал что император Николай II не согласится с умалением власти государя; профессор Е. Е. Голубинский считал что патриаршество будет постоянно ограничивать соборное начало в Церкви. В итоге было решено что патриарх должен был председательствовать в Синоде, руководить его заседаниями, наблюдать за исполнением его решений и правильным течением дел во всех синодальных учреждениях. К патриарху переходило право сноситься с иными поместными Церквами и с государственными органами. Оговаривалось право патриарха непосредственно ходатайствовать о церковных нуждах перед императором и давать ему ежегодный отчет о внутреннем состоянии Церкви, что ранее было прерогативой обер-прокурора. Патриарх должен был следить за правильным замещением архиерейских кафедр, быть арбитром при решении епископских дел, созывать Соборы ("с ведома Синода и с соизволения государя императора"). Имея "преимущества чести", патриарх в случае каких-либо правонарушений подлежал епископскому суду "по благоусмотрению государя императора".

Количество членов Синода предполагалось увеличить, а власть обер-прокурора - умалить. Отныне обер-прокурор не должен был присутствовать на заседаниях Синода, но лишь наблюдать за тем, чтобы синодальные указы не нарушали государственного законодательства, в котором случае ему надлежало апеллировать к государю.

Предлагалось учредить митрополичьи округа и расширить самостоятельность епархий. Каждый епископ должен был регулярно собирать епархиальные собрания для обсуждения текущих дел. При епископе на правах совещательного органа должен был действовать епархиальный совет, избиравшийся епархиальным собранием. Предсоборное Присутствие, вопреки мнению архиереев, высказанному в 1905 году, выступало за целесообразность избрания епископов - либо на Архиерейском Соборе, либо по утверждению на епархиальных собраниях.

В сфере приходского управления предполагалось создание выборных приходских советов в помощь настоятелю в управлении приходом. Был выработан проект нового приходского устава. Ввиду бедственного материального состояния духовенства, Присутствие настаивало на сохранении и даже расширении государственного жалования священникам. Была подтверждена идея митрополита Санкт-Петербургского Антония о необходимости наделить духовенство только пассивным избирательным правом и запретить духовенству баллотироваться на государственные должности.

Члены Присутствия признали, что отношения Церкви к государству в России определяются принадлежностью императора к Православию. Положение, выработанное на заседаниях общего собрания, предусматривало для императора право решающего голоса: новые постановления Церковь могла, как и раньше, издавать только с его разрешения, только с его разрешения могли созываться Соборы, и ему же принадлежало право одобрения кандидатуры избранного Собором патриарха. При этом со стороны государства только император мог влиять на законотворчество Церкви, и только он окончательно имел бы право утверждать церковные законы. Присутствие предлагало изменить 42-й статью Основных законов Российской империи ("Император есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры"), на следующую:

"Император как Православный Государь является верховным покровителем Православной Церкви и охранителем ее благопорядка" [2].

Сводный доклад Присутствия был представлен государю Николаю, он его изучал и 25 апреля 1907 года наложил на него резолюцию: "Собор пока не созывать". Император считал, что созыв Собора может расколоть, политизировать и парализовать церковную жизнь. Однако, отсрочка Собора также имела свои отрицательные стороны - Церковь оказывалась не в состоянии предпринимать значительные преобразования, тогда как неправославные религиозные группы пользовались значительной мерой внутренней и внешней свободы. Единственным из проектов Предсоборного Присутствия внедрённым в жизнь до Поместного Собора 1917-1918 годов стал новый приходской устав - после обсуждения в Святейшем Синоде, Государственной Думе и Государственном Совете, он был принят 21 мая 1914 года.

Предсоборное Совещание 1912-1914 годов

В 1912 году, с разрешения императора Николая II, Святейший Синод учредил Предсоборное Совещание, которое работало с 28 февраля 1912 по 3 апреля 1913 года. Задачей Совещания являлось продолжение работы над материалами Предсоборного Присутствия по вопросам церковной реформы. Совещание составили семь человек [3]:

  1. Сергий (Страгородский), архиеп. Финляндский, председатель
  2. Антоний (Храповицкий), архиеп. Волынский
  3. Евлогий (Георгиевский), еп. Холмский
  4. Тимофей Буткевич, прот., член Государственного совета
  5. Михаил Остроумов, проф. Харьковского университета, редактор "Церковных ведомостей"
  6. Иоанн Соколов, проф. Санкт-Петербургской духовной академии
  7. Стефан Рункевич, доктор церковной истории, делопроизводитель

В апреле 1913 года состоялось заседание, на котором рассматривался проект высшего церковного управления. Было решено сохранить модель церковно-государственных отношений, предложенную ранее Предсоборным Присутствием, с увеличением власти председателя Синода (патриарха), предоставив ему право "начальственно" контролировать работу всех центральных церковных учреждений. Как и в Предсоборном Присутствии, в Предсоборном Совещании звучала жесткая критика сложившейся в России в синодальный период формы церковно-государственных отношений.

После длительных перерывов в работе, в 1914 году, в условиях начавшейся Первой Мировой войны, Предсоборное Совещание было распущено.

Предсоборный Совет 1917 года

29 апреля 1917 года, после февральского переворота, при Святейшем Синоде был образован Предсоборный Совет, в котором работали 62 члена - духовенство, ученые богословы из мирян, известные церковно-общественные деятели включая обер-прокурора В. Н. Львова.

Первое заседание состоялось 13 июня в Петрограде. В Совете было образовано 10 тематических отделов, каждый во главе с архиереем. При обсуждении программы предстоящего Собора в Совете использовались материалы Предсоборного Присутствия и Предсоборного Совещания.

Острые споры вспыхнули по вопросу о высшем церковном управлении. Профессора Петроградской духовной академии, преобладавшие в Совете, настояли на том, чтобы предложение о восстановлении патриаршества было отвергнуто. Законопроект, разработанный Предсоборным Советом, предполагал сохранение синодальной системы. Горячо обсуждалось также участие мирян в ведении церковных дел. 5 июля Святейший Синод установил дату и принял положение о созыве Собора.

Состав

На Собор было избрано и назначено по должности 564 члена. По должности в состав Собора вошли 1) присутствующие в Синоде и правящие епархиальные архиереи; 2) члены Предсоборного Совета; 3) наместники лавр; 4) настоятели обителей Валаамской, Оптиной, Саровской и Соловецкой; 5) протопресвитеры Московского Успенского собора и армии и флота.

Остальные члены Собора вошли в его состав по избранию: от монашествующих - 12 соборян; от военного и морского духовенства - 10 священников; от действующей армии - 15 мирян; от единоверцев - 11 человек; от духовных академий - 11 профессоров; от Академии наук и университетов - 13 членов; от Государственной Думы - 3 представителя; от Государственного Совета - 3 представителя. Наконец, большинство Собора составляли избранники от 66 епархий: каждая епархия посылала на Собор, помимо правящего архиерея, двух клириков и трёх мирян. Согласно положению о созыве Собора, каждый приход избирал делегатов на благочиннические собрания, те, в свою очередь, посылали представителей на епархиальный съезд, а епархиальные съезды избирали членов Собора. Епархиальные архиереи, которые не смогли прибыть на Собор, направили вместо себя викарных епископов или протоиереев - всего 12 заместителей. 24 июля Святейший Синод в посланиях к предстоятелям поместных Церквей приглашал их прибыть на Всероссийский Поместный Собор, благодаря чему в Соборе участвовали также епископ Хушский Никодим (Мунтяну) от Румынской Церкви и архимандрит Михаил от Сербской Церкви.

Характерной особенностью состава Собора стало преобладание мирян и пресвитеров, в то время как от епископата присутствовало всего 80 архиереев. На 129 священников, 10 диаконов и 26 [4] псаломщиков из белого духовенства приходилось лишь 20 из чёрного (архимандритов, игуменов, иеромонахов), причем половину из них составляли преподаватели духовных школ и не было ни одного монаха без сана.

На Собор съехалось 299 мирян. Широкое представительство мирян и настрой многих из них - особенно церковно-общественные деятелей и профессоров Петроградской духовной академии - отражали либеральные веяния революционных лет, которые затронули и церковную жизнь. Многие были увлечены идеями Февральской революции и смотрели на дело церковного строительства как на часть коренных преобразований, которые им даже в августе 1917 года виделись в радужном свете. Именно эти соборяне в первую очередь ратовали за "обновление" церковного устройства и богослужения.

Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917-1918 годов.
Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917-1918 годов.

1-я сессия

Первые заседания

Собор открылся 15 августа, в праздник Успения Пресвятой Богородицы, в Успенском соборе Московского Кремля. По совершении литургии митрополит Киевский священномученик Владимир огласил грамоту Святейшего Синода об открытии Собора. После пения Символа веры члены Собора поклонились покоящимся в храме мощам святителей Петра, Ионы, Филиппа и Ермогена и направились в Чудов монастырь приложиться к нетленным мощам святителя Алексия, а оттуда с кремлевскими святынями вышли на Красную площадь, куда уже стекались крестными ходами православные жители Москвы. На следующий день после литургии в Московском храме Христа Спасителя, совершенной Московским митрополитом святителем Тихоном, открылось первое заседание Собора. Председательствовал митрополит Киевский Владимир. После пения стихиры "Днесь благодать Святаго Духа нас собра" оглашались приветствия, направленные Собору Святейшим Синодом, Московской кафедрой, Временным правительством, Государственной думой, Верховным главнокомандующим Л. Г. Корниловым.

Деловые заседания начались 17 августа в Московском епархиальном доме и проходили в огромном зале, который примыкал к амвону. На солее стояли кресла для членов президиума Собора, лицом к ним в зале расположились члены Собора, в других комнатах работали соборные отделы и комиссии.

Первые заседания ушли на проверку мандатов, утверждение устава, обсуждение процедурных вопросов и выборы руководящих органов. Иногда завязывались споры, проводились многочисленные голосования, всеобщая подозрительность создавала нервозную обстановку. Однако, опасность того, что Собор примет нецерковное направление, сдерживалась положением устава, по которому каждый законопроект, принятый на пленарном заседании, подлежал утверждению на совещании епископов, где для его одобрения требовалось большинство в 3/4 голосов. Обыкновенно архиерейские совещания проводились после вечерни на Троицком подворье.

18 августа были проведены выборы председателя Собора, которым стал Московский митрополит Тихон. По его предложению почетным председателем утвердили старейшего иерарха митрополита Киевского Владимира. Товарищами председателя стали архиепископы Харьковский Антоний и Новгородский Арсений, которому после избрания патриарха пришлось вести большинство заседаний. В трудном деле руководства Собором владыка Арсений проявил и дипломатическое искусство, и необходимую властность. От священников товарищами председателя избрали протопресвитеров Николая Любимова и Георгия Шавельского, от мирян - профессора Московского университета князя Евгения Трубецкого и председателя Государственной думы Михаила Родзянко, который, однако, на Собор не явился и был заменен бывшим обер-прокурором Синода Александром Самариным. Секретарем Собора был утвержден Василий Шеин, его помощниками - Петр Гурьев и профессор Владимир Бенешевич. В соборный Совет от епископата выбрали митрополита Тифлисского Платона, от клириков - протоиерея Александра Рождественского, от мирян - профессора Петра Кудрявцева.

После избрания соборного Совета началось образование рабочих отделов и комиссий. Приват-доцент Алексей Одарченко предлагал, по примеру многопартийного парламента, чтобы выборы в отделы производились пропорционально и отражали все течения соборной мысли. Восторжествовало, однако, предложение Александра Васильева - всех записавшихся считать членами отделов. В итоге было образовано 22 отдела, важнейшие из которых возглавили:

Также было образовано 3 совещания при соборном Совете:

24 августа Собор издал 2 послания: первое к российскому народу с призывом одуматься и прекратить внутренние распри и вражду, а второе - к армии и флоту.

27 сентября обсуждался внеочередной вопрос о составлении послания по поводу приближающихся выборов в Учредительное собрание. Одни ораторы, опасаясь, что самоустранение Церкви от политики даст свободу крайним политическим агитаторам, призывали к прямому участию Церкви в предвыборной борьбе. Другие выступали против участия Церкви в выборах, опасаясь того, что политические выступления нарушают церковный устав Собора. В итоге Собор выбрал "средний царский путь" и 4 октября обратился к всероссийской пастве с посланием:

"Уже не в первый раз в нашей истории рушится храмина... государственного бытия, а Родину постигает гибельная смута... Непримиримостью партий и сословным раздором не созидается мощь государства, не врачуются раны от тяжкой войны и всегубительного раздора... Царство, раздельшееся на ся, изнеможет (Мф. 12, 25)... Пусть победит в себе наш народ обуревающий его дух нечестия и ненависти, и тогда дружным усилием легко и светло совершит он государственный труд свой. Соберутся кости сухие и облекутся плотию и оживут по велению Духа... В Родине видится оку земля святая... И поистине, не мила нам и Родина без святой веры нашей. Пусть же носители веры призваны будут уврачевать ее болезни" [5].

Далее Собор лишил мандата депутата-расстригу А. В. Поповича, выбранного от мирян Туркестанской епархии как незаконного избранника. После этого Собор обратился к служителям алтаря, предостерегая их от предательств и малодушия в тот момент, когда уже начались злые гонения, когда искушение сложить с себя сан и тем самым сохранить свободу и жизнь предстояло испытать чуть ли не каждому из них.

Следующим обсуждался вопрос о преподавании Закона Божия. Министерство народного просвещения распорядилось прекратить изучение его в школе на основании постановления Временного правительства согласно закону о свободе совести. Теперь 14-летний ребенок мог без согласия родителей менять вероисповедание или вовсе объявить себя атеистом. Такое решение вызвало единодушный протест участников Собора. Расценив его как вызов православному народу, Собор принял постановление по докладу Тамбовского архиепископа священномученика Кирилла (Смирнова) о немедленной отмене решения Министерства народного просвещения. Собор рассудил что, для перемены вероисповедания или признания себя неверующим, 14-тилетний возраст "представляется слишком юным и не обеспечивает надлежащей зрелости суждений ввиду душевных и телесных особенностей отрочества" [6].

Во внеочередном порядке был заслушан доклад протоиерея Павла Соколова о церковно-приходских школах. На основании закона от 20 июля светские власти отнимали у Церкви приходские школы и передавали их в ведение Министерства просвещения. При обсуждении ни слова не было сказано в защиту правительственного произвола. С резкой отповедью правительству выступил архиепископ Тверской священномученик Серафим (Чичагов), обвинив власти во враждебных действиях по отношению к Церкви: издавая закон, напомнил он, никто не спросил, каково мнение епископата, "который отвечает за народ пред Господом" [7]. После обсуждения в соборном постановлении записали: "Просить Временное правительство закон 20 июля 1917 г... отменить в тех его частях, которые касаются передачи церковно-приходских, второклассных и церковно-учительских школ в ведомство Министерства народного просвещения... Все церковно-приходские школы и школы грамоты передать в ведение православных приходов" [8]. Для переговоров с правительством направили в Петроград делегацию во главе с архиепископом Тамбовским Кириллом.

11 октября состоялась встреча соборных делегатов с министром Антоном Карташовым, который сказал, что правительство не изменит свою позицию, потому что церковно-приходская школа - детище старого режима и не может служить новому государственному строю. Уважая гражданские свободы, власть не станет запрещать открытие церковных школ на средства приходов, но это будут единичные случаи. Также правительство может сохранить в духовном ведомстве только те школы, где уровень образования будет признан удовлетворительным. Министр выразил надежду, что соборное деяние даст ему основание отстаивать в правительстве неприкосновенность преподавания Закона Божия. В тот же день состоялась беседа делегатов с министром-председателем Александром Керенским, который объяснил, что у Церкви отбираются лишь те школьные помещения, на постройку которых затрачены казенные средства; остальные же государство берет в аренду на два года. Правительство, по его словам, не верило россказням о контрреволюционных настроениях Собора, но новый государственный строй должен быть внеконфессиональным, и поэтому закон от 20 июля отмене не подлежит.

Патриарх Московский и всея России свт. Тихон (Беллавин)
Патриарх Московский и всея России свт. Тихон (Беллавин)

Восстановление патриаршества

11 октября 1917 года на пленарном заседании председатель Отдела высшего церковного управления епископ Астраханский священномученик Митрофан выступил с докладом, которым открывалось главное событие в деяниях Собора - восстановление патриаршества. Предсоборный Совет в своём проекте устройства высшего церковного управления не предусматривал первосвятительского возглавления Церкви и при открытии Собора лишь немногие были убежденными поборниками восстановления патриаршества. Однако, когда этот вопрос был поставлен в Отделе высшего церковного управления, то встретил широкую поддержку. Смутная обстановка в стране побуждала к спешному восстановлению первосвятительского служения. Самочинно отложившаяся часть Русской Церкви - Грузинская Православная Церковь - уже восстановила у себя сан патриарха в сентябре. В итоге Отдел высшего церковного управления, не дожидаясь завершения обсуждения всех деталей на своих внутренних заседаниях, решил предложить Собору восстановить сан патриарха, и лишь после этого перейти к дальнейшему рассмотрению законопроекта об управлении Русской Православной Церковью.

32 члена Отдела высшего церковного управления остались при особом мнении, считая, что вопрос этот преждевременно выносить на пленарное заседание. Но Собор решительным большинством голосов постановил немедленно приступить к обсуждению формулы, предложенной в докладе епископа Митрофана Астраханского. Для выступлений записалось 95 человек. Противники патриаршества, вначале многочисленные и напористые, под конец обсуждения остались в меньшинстве.

Главным аргументом против восстановления патриаршества, повторявшимся вновь и вновь, было опасение потерять соборное начало в жизни Церкви, когда во главе ее встанет один иерарх. Например, профессор Б. В. Титлинов заявлял что: "Соборность не уживается с единовластием. Это подтверждает и история патриаршества. Единовластие несовместимо с соборностью" [9]. Протоиерей Александр Рождественский утверждал в своей речи, что восстановление сана первоиерарха - шаг на пути к папизму. Другие просто путали соборность с модным тогда парламентаризмом. Все эти заявления делались вопреки бесспорным историческим фактам, т.к. на деле при патриархах в Русской Церкви регулярно созывались Соборы, а именно с упразднением патриаршества Соборы прекратились. Противники патриаршества на Соборе обнаружили своё явное духовное ослепление. Как признался профессор Б. В. Титлинов, главный мотив его возражений был не духовный, а политический: Титлинов утверждал, что восстановление патриаршества может вызвать церковное разделение. Архимандрит Матфей тогда же высказал подозрение, не является ли сам разговор о возможном разделении нащупыванием почвы для учинения раскола. Позднейшая деятельность Титлинова в точности подтвердила эти подозрения.

Некоторые из выступавших предлагали компромиссные решения. Так, Николай Кузнецов полагал, что вопрос о патриаршестве Собор может решить лишь после того, как будет определено устройство Синода и его компетенция, когда будет гарантирована полнота церковной власти Поместного Собора. Член Собора Валериан Радзимовский предложил новую формулу церковного управления: высшая власть в Российской Православной Церкви "принадлежит Поместному Собору... осуществляющему свою власть чрез непрерывно действующий Священный Синод, который возглавляется первенствующим епископом Церкви в сане Патриарха, равночестного с Патриархами других православных Церквей" [10]. Эту формулу поддержал товарищ министра исповеданий Сергей Котляревский.

Решительное большинство выступавших на Соборе отстаивало формулу, предложенную епископом Архангельским Митрофаном, в которой патриаршество ставилось в центр образуемой высшей церковной власти. В их выступлениях уточнялись и углублялись приведённые владыкой Митрофаном основные доводы. Одним из самых весомых аргументов была история Церкви в лике её предстоятелей, примеры которых приводили сторонники возрождения патриаршества. О важности патриаршества для русского народа вдохновеннее всех говорил архимандрит священномученик Иларион (Троицкий):

"Зовут Москву сердцем России. Но где же в Москве бьется русское сердце? На бирже? В торговых рядах? На Кузнецком мосту? Оно бьется, конечно, в Кремле... в Успенском соборе... Святотатственная рука нечестивого Петра свела первосвятителя Российского с его векового места в Успенском соборе. Поместный Собор Церкви Российской от Бога данной ему властью постановит снова Московского Патриарха на его законное, неотъемлемое место. И когда под звон московских колоколов пойдет Святейший Патриарх на свое историческое священное место в Успенском соборе, будет тогда великая радость на земле и на небе" [11].

Одним из сильнейших доводов ревнителей патриаршества было напоминание о разрухе, переживаемой страной, о государственном развале и нравственном падении народа. От Церкви требовалась теперь особая духовная трезвость и мудрость, предельное сосредоточение нравственных сил, поэтому появилась настоятельная нужда в предстоятеле и вожде, который бы взял бремя ответственности за Церковь и за окормляемый ею духовно растерзанный народ. Многим тогда казалось, что восстановление патриаршества и избрание первосвятителя обеспечит победу не только в духовной сфере, но и в государстве в целом. Более трезвомыслящие члены Собора видели главную задачу в спасении Русской Православной Церкви в годину грядущих гонений. Князь Евгений Трубецкой пророчески говорил что патриарху предстоит стать защитником и хранителем Церкви; не мирским вождём, а молитвенником, ходатаем, заступником и отцом православного народа.

Постепенно большинство членов Собора убедились в необходимости восстановления патриаршества, и 28 октября протоиерей Павел Лахостский от имени 60 соборян предложил приступить к голосованию. В этот день, через два дня после большевистского переворота, Собор вынес историческое решение в виде четырёх "общих положений" о восстановлении патриаршества. После внесения изменений Редакционным отделом, 4 ноября Собор утвердил эти положения в виде следующего особого Определения:

1. В Православной Российской Церкви высшая власть - законодательная, административная, судебная и контролирующая - принадлежит Поместному Собору, периодически в определенные сроки созываемому, в составе епископов, клириков и мирян.
2. Восстанавливается Патриаршество, и управление церковное возглавляется Патриархом.
3. Патриарх является первым между равными ему епископами.
4. Патриарх вместе с органами церковного управления подотчетен Собору.

Опираясь на исторические прецеденты, Соборный Совет предло­жил следующую процедуру избрания патриарха. При первом туре голосования со­боряне подают записки с именем предлагаемого кандидата. Если один из кандидатов получит абсолютное большинство го­лосов, он считается избранным. Если же ни один из кандидатов не по­лучит больше половины голосов, проводится повторное голосование, при котором подаются записки с именами трёх предлагаемых лиц. Получивший большинство голосов считается избранным в кандидаты. Туры голосования повторяются, пока три кандидата не получат боль­шинства голосов. Потом жребием из них избирается патриарх.

30 октября было проведено первое голосование. Архи­епископ Харьковский Антоний (Храповицкий) получил 101 голос, архиепископ Тамбов­ский Кирилл (Смирнов) - 27, митрополит Московский Тихон (Белавин) - 22, архи­епископ Новгородский Арсений (Стадницкий) - 14, митрополит Киевский Владимир (Богоявленский), архиепископ Кишиневский Анастасий (Грибановский) и протопресвитер Георгий Шавельский - по 13 голосов, архиепископ Владимирский Сергий (Страгородский) - 5, архиепископ Казанский Иаков (Пятницкий), архимандрит Иларион (Троицкий) и бывший обер-прокурор Синода Александр Самарин - по 3 голоса. Еще несколь­ко лиц было предложено в патриархи одним или двумя соборянами. После четырех туров голосования Собор избрал кандидатами на Первосвятительский престол архиепископа Харьковского Антония, ар­хиепископа Новгородского Арсения и митрополита Московского Тихо­на - как говорили о них в народе: "самого умного, самого строгого и самого доброго из иерархов Русской Церкви..." Блестящей образованный архиепископ Антоний был одним из виднейших церковных деятелей среди архипастырей и пользовался самой широкой поддержкой; властный архиепископ Арсений ужасался возможности оказаться патриархом; святитель Тихон во всём полагался на волю Божию и, не стремясь к патриаршеству, был готов принять от Господа этот крест.

Избрание состоялось 5 ноября в храме Христа Спасителя. По окончании Божественной литургии и молебного пения, священномученик Владимир, митрополит Киевский, вынес ковчежец с жребиями на амвон, благословил им народ и снял печати. Из алтаря вышел слепой старец схииеромонах Зосимовой пустыни Алексий. Помолившись, он вынул из ковчежца жребий и передал его митрополиту Владимиру, который прочитал громко: "Тихон, митрополит Московский - аксиос". Ликующее тысячеустое "аксиос" сотрясло огромный переполненный храм. По отпусте знаменитый своим могучим басом протодиакон Успенского собора Константин Ро­зов возгласил многолетие: "Господину нашему Высокопреосвященнейшему митрополиту Московскому и Коломенскому Тихону, избранному и нареченному в Патриархи богоспасаемого града Москвы и всея России". В этот день святитель Тихон совершал литургию в Троицком подво­рье. Весть об избрании его патриархом принесло ему посольство Собора во главе с митрополитами Киевским Владимиром, Петроградским священномучеником Вениамином и Тифлисским Платоном. После пения многолетия митрополит Тихон произнес слово:

"...Сейчас я изрек по чиноположению слова: "Благодарю и приемлю и нимало вопреки гла­голю". ...Но, рассуждая по человеку, могу многое глаголить вопреки на­стоящему моему избранию. Ваша весть об избрании меня в Патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: "Плач, и стон, и горе", и такой свиток должен был съесть пророк Иезекииль. Сколько и мне придется глотать слез и испускать стонов в предстоящем мне Патриаршем служении, и особенно в настоящую тяжкую годину! Подобно древнему вождю еврейского народа Моисею, и мне придется говорить ко Господу: "Для чего Ты мучишь раба Твоего? И почему я не нашел милости пред очами Твоими, что Ты возложил на меня бремя все­го народа сего? Разве я носил во чреве весь народ сей и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ре­бенка. Я один не могу нести всего народа сего, потому что он тяжел для меня" (Чис. 11, 11-14). Отныне на меня возлагается попечение о всех церквах Российских и предстоит умирание за них во вся дни. А к сим кто доволен, даже и из крепких мене! Но да будет воля Божия! Нахожу подкрепление в том, что избрания сего я не искал, и оно пришло поми­мо меня и даже помимо человеков, по жребию Божию" [12].

Специальная комиссия во главе с архиепископом Кишиневским Анастасием разработала чинопоследование интронизации. Для этого не годились древнерусские чины: ни дониконовский, потому что поставление совершалось тогда через новую архиерейскую хиротонию, что догматически недопустимо; ни послениконовский, с вручением патриарху жезла святого Петра Московского из рук государя. Профессор Иван Соколов прочитал доклад, в котором он по творениям святителя Симеона Солунского восстановил древний чин настолования Константинопольского патриарха. Он и стал основой нового чинопоследования. Недостающие в византийском чине молитвы, приближающиеся к чину хиротесии и уместные при обручении первосвятителя с престолом и паствою, были заимствованы из чинопоследования Александрийской Церкви. 17 ноября Собор утвердил этот чин, после чего интронизация состоялась 21 ноября в пра­здник Введения в Успенском соборе Кремля. Для торжества настолования из Оружейной палаты взяты были регалии Московских первосвятителей - жезл святителя Петра; ряса священномученика Ермогена; а также мантия, митра и клобук патриарха Никона. Именно с 21 ноября во всех храмах Русской Церкви стали поминать патриарха вместо Святейшего Синода, хотя последний прекратил свою деятельность лишь 1/14 февраля 1918 года.

29 ноября на Соборе была оглашена выписка из "Определения" Священного Синода о возведении в сан митрополита архиепископов Харьковского Антония, Новгородского Арсения, Ярославского Агафангела, Владимирского Сергия и Казанского Иакова.

Другие деяния 1-й сессии

Избрав патриарха, Поместный Собор продолжал обсуждение очередных программных тем. Богослужебный отдел представил на рассмотрение пленарного заседания Собора доклад "О церковном проповедничестве". Возражения вызвал первый тезис, в котором проповедь провозглашалась главнейшей обязанностью пастырского служения, в ответ на что архимандрит Вениамин (Федченков) заметил:

"Указанных слов в соборное правило вводить нельзя: они были бы естественны в устах протестанта, но не православного... В сознании православных людей пастырь является прежде всего тайносовершителем, тайноводителем... Но и на второй ступени пастырских обязанностей проповедь не стоит. Народ более всего обращается к своему пастырю со словами: "Батюшка, помолись за нас". Народ почитает в священнике прежде всего не оратора, а молитвенника. Вот почему ему и дорог отец Иоанн Кронштадтский... Проповедь среди пастырских обязанностей в сознании народа стоит только на третьем месте" [13].

В итоге в соборном определении проповедь была названа "одной из главнейших обязанностей пастырского служения". Собор провозгласил обязательность проповеди за каждой воскресной и праздничной литургией. Был также принят проект о привлечении к проповедничеству низших клириков и мирян, но не иначе, как по благословению правящего архиерея и с разрешения настоятеля местного храма. Миряне-проповедники при этом должны посвящаться в стихарь и именоваться "благовестниками". Собор призвал к организации "благовестнических братств", которые должны были служить развитию и оживлению церковного проповедничества.

Обсуждение доклада "О разделе братских доходов между клириками", прочитанного священником Николаем Карташёвым, порой принимало нервозный характер, но в конце концов на заседании 27 ноября Собор постановил, что все местные средства содержания приходского духовенства распределяются так: псаломщик получает половину доли священника, а диакон на треть больше, чем псаломщик.

Другими важными определениями Собора на 1-й сессии были "О правах и обязанностях Святейшего Патриарха Московского и всея России", "О Священном Синоде и Высшем Церковном Совете" и "О круге дел, подлежащих ведению орга­нов Высшего Церковного Управления", оформившие новый порядок высшего управления Церковью. Патриарху Собор предоставил пра­ва, соответствующие каноническим нормам: нести попечение о благополу­чии Русской Церкви и представлять ее перед государственной властью, сно­ситься с автокефальными Церквами, обращаться ко всероссийской пастве с учительными посланиями, заботиться о своевременном замещении архи­ерейских кафедр, давать епископам братские советы. Патриарх, по "Опре­делениям" Собора, является епархиальным архиереем Патриаршей области, которую составляют Московская епархия и ставропигиальные монастыри.

Для промежуточных периодов между Соборами были образованы два органа коллегиального управления: Священный Синод и Высший Церковный Совет. К компетенции Синода были отнесены дела иерархическо-пастырского, вероучительного, канонического и литургического характе­ра, а в ведение Высшего Церковного Совета - дела церковно-общественного порядка: административно-хозяйственные и школьно-просветительские. Особо важные вопросы - о защите прав Церкви, о подготовке к предстоящему Собору, об открытии новых епархий - подлежали совмест­ному решению Священного Синода и Высшего Церковного Совета, которые собирательно назывались Высшим Церковным Управлением.

В состав Священного Синода входили, помимо его председателя-патриарха, 12 членов: митрополит Киевский по кафедре, 6 архиереев по избранию Собора на три года, а также пять епископов, вызываемых по очереди на один год. Из 15 членов Высшего Церковного Совета, возглавляемого, как и Синод, патриархом, три архиерея делегировались Синодом, а один монах, пять клириков из белого духовенства и шесть мирян избира­лись Собором. Выборы членов высших органов церковного управления состоялись на последних заседаниях 1-й сессии. Поместный Собор избрал в Синод митрополитов Новгородского Арсения, Харьковского Антония, Владимирского Сергия и Тифлисского Платона; архиепископов Кишиневского Анастасия и Волынского Евлогия. В Высший Церковный Совет Собор избрал архимандрита Виссарио­на [14], протопресвитеров Георгия Шавельского и Николая Любимова, протоиереев Александра Санковского и Алексия Станиславского, псаломщика Андрея Куляшова и мирян князя Евгения Трубецкого, профессоров Сергея Булгакова, священномученика Илию Громогласова, Павла Лапина, а также бывшего министра исповеданий Времен­ного правительства Антона Карташёва и управляющего Черниговской казенной палатой Сергея Раевского. Синод делегировал в Высший Церковный Совет митрополитов Арсения и святителя Агафангела, а также ар­химандрита Анастасия. Собор избрал также заместителей членов Си­нода и Высшего Церковного Совета.

13 ноября Собор приступил к обсуждению доклада о правовом положении Церкви в государстве. По поручению Собора профессор Сергей Булгаков составил Декларацию об отношениях Церкви и государства, которая предваряла соборное "Определение о правовом положении Церкви в госу­дарстве". В ней требование о полном отделении Церкви от государства сравнивается с пожеланием "чтобы солнце не светило, а огонь не согревал. Церковь, по внутреннему закону своего бытия, не может отказаться от призвания просветлять, преображать всю жизнь человечества, пронизывать ее своими лучами". Констатировалось, что мысль о высоком призвании Церкви в государствен­ных делах и симфонии Церкви и государства лежала в основе правового сознания как Византии так и Руси. При этом Церковь не связывала себя с определенной формой правления и исходила всегда из того, что власть должна быть христианской. Документ гласил: :"И ныне, когда волею Провидения рушится в России царское самодержавие, а на замену его идут новые государственные формы, Православная Церковь не имеет определения об этих формах со стороны их политической целе­сообразности, но она неизменно стоит на таком понимании власти, по ко­торому всякая власть должна быть христианским служением" [15].

Вокруг вопроса о предполагавшемся в проекте обязательном Православии главы государства и министра исповеданий возник острый спор. Меры вне­шнего принуждения, насилующие религиозную совесть иноверцев, были призна­ны несовместимыми с достоинством Церкви. В условиях провозглашаемой религиозной свободы, было неясно, как Собор мог настаивать на Православии первых лиц государства. Член Собора профессор Николай Кузнецов выразил это, заявив: "В России провозглашена полная свобода совести и объявлено, что положение каждого гражданина в государстве... не за­висит от принадлежности к тому или иному вероисповеданию и даже к религии вообще... Рассчитывать в этом деле на успех невозможно". Но это предостережение не было учтено и в окончательном виде "Определение" Собора сохранило положения противоречащие конституционным основам нового государства и новым государственно-правовым условиям. При этом было проведено и понятие о независимости Церкви от государственной власти в делах веры и своей внутренней жизни. Таким образом "Определение" гласит:

1. Православная Российская Церковь, составляя часть Единой Вселен­ской Христовой Церкви, занимает в Российском государстве первенствую­щее среди других исповеданий публично-правовое положение, подобаю­щее ей как величайшей святыне огромного большинства населения и как величайшей исторической силе, созидавшей Российское государство.
2. Православная Церковь в России в учении веры и нравственности, богослужении, внутренней церковной дисциплине и сношениях с други­ми автокефальными Церквами независима от государственной власти...
3. Постановления и указания, издаваемые для себя Православной Церковью, равно как и акты церковного управления и суда, признают­ся государством имеющими юридическую силу и значение, поскольку ими не нарушаются государственные законы...
4. Государственные законы, касающиеся Православной Церкви, из­даются не иначе, как по соглашению с церковной властью...
6. Действия органов православной Церкви подлежат наблюдению государственной власти лишь со стороны соответствия их государственным законам, в судебно-административном и судебном порядке.
7. Глава Российского государства, министр исповеданий и министр народного просвещения и товарищи их должны быть православными...
8. Во всех случаях государственной жизни, в которых государство обращается к религии, преимуществом пользуется Православная Церковь.
22. Имущество, принадлежащее установлениям Православной Цер­кви, не подлежит конфискации и отобранию..." [16]

Так-как с 28 октября в Москве разразились кровавые бои между занимавшими Кремль юнкерами, представлявшими Временное правительство, и повстанцами-большевиками, в руках которых был город, Собор оказался в условиях гражданской войны. В эти дни многие соборяне, приняв на себя обязанность медбратьев, ходили по городу, подбирая и перевязывая раненых. Среди них были архиепископ Таврический преподобный Димитрий (князь Абашидзе) и епископ Камчатский Нестор (Анисимов).

Стремясь остановить кровопро­литие, Собор направил делегацию во главе с митрополитом Платоном для переговоров с Военно-революционным комитетом и комендатурой Кремля. В штабе Военно-революционного комитета митрополит просил прекратить осаду Кремля, на что получил ответ: "Поздно, позд­но. Не мы испортили перемирие. Скажите юнкерам, чтобы они сдава­лись". Но в Кремль делегация не смогла проникнуть. Тогда Собор обратился к враждующим с призывом к примирению, с мольбою о милосердии к побежденным:

"Во имя Божие... Собор призывает сражающихся между собою дорогих наших братьев и де­тей ныне воздержаться от дальнейшей ужасной кровопролитной брани... Собор... умоляет победителей не допускать никаких актов мести, жестокой расправы и во всех случаях щадить жизнь побежденных. Во имя спасения Кремля и спасения дорогих всей России наших в нем святынь, разрушения и поругания которых русский народ никогда и никому не простит, Свя­щенный Собор умоляет не подвергать Кремль артиллерийскому обстрелу".

Затем, в воззвании изданном 17 ноября, Собор призвал к всеобщему покаянию:

"Вместо обещанного лжеучителями нового общественного строения - кровавая распря строителей, вместо мира и братства народов - смешение языков и ожесточение, ненависть братьев. Люди, забывшие Бога, как голодные волки, бросаются друг на друга. Происходит всеобщее затемнение совести и разума... Русские пушки, поражая святыни кремлевские, ранили сердца народные, горящие верою Православною. На наших глазах совершается суд Божий над народом, утратившим святыню... К нашему несчастью, доселе не родилось еще власти воистину народной, достойной получить благословение Церкви Православной. И не явится ее на Русской земле, пока со скорбною молитвою и слезным покаянием не обратимся мы к Тому, без Кого всуе трудятся зиждущие град" [17].

Военные условия преображали сам Собор, который сумел воздержаться от поверхностных оценок и выступлений узко политичес­кого характера, сознавая относительную значимость политических явлений в сравнении с высшими религиозными и нравственными ценностями. Как писал впоследствии митрополит Евлогий:

"В эти кровавые дни в Со­боре произошла большая перемена. Мелкие человеческие страсти стихли, враждебные пререкания смолкли, отчужденность изгладилась... Собор, по­началу напоминавший парламент, начал преображаться в подлинный "Цер­ковный Собор", в органическое церковное целое, объединенное одним волеустремлением - ко благу Церкви. Дух Божий повеял над собранием, всех утешая, всех примиряя". По воспоминаниям митрополита Евлогия, духовным апогеем Собора явилось первое после интронизации появление на Соборе патриарха Тихона: "С каким благоговейным трепетом все его встречали! Все - не исключая "левых" профессоров... Когда... Патриарх вошел, все опустились на колени... В эти минуты уже не было преж­них несогласных между собой и чуждых друг другу членов Собора, а были святые, праведные люди, овеянные Духом Святым, готовые ис­полнять Его веления... И некоторые из нас в этот день поняли, что в реальности значат слова: "Днесь благодать Святаго Духа нас собра..." [18]

Заседания Собора приостановились на Рождественские каникулы 9 декабря 1917 года.

Поместный Собор Русской Православной Церкви 1917-1918 годов.
Поместный Собор Русской Православной Церкви 1917-1918 годов.

2-я сессия

20 января 1918 года открылась 2-я сессия Собора, деяния которой проходили в зда­нии Московской духовной семинарии. Так-как гражданская война затруднила передвижение по стране, в тот день на заседание смогли прибыть только 110 соборян, что не обеспечило кворума. Поэтому Собор вынужден был принять особое постановление: проводить заседания при любом количестве присутствующих членов.

После того как 25 января митрополит Владимир Киевский стал первым архиереем-новомучеником Русской Церкви Собор постановил:

1. Установить возношение в храмах за богослужением особых про­шений о гонимых ныне за Православную веру и Церковь и скончав­ших жизнь свою исповедниках и мучениках...
2. Установить по всей России ежегодное молитвенное поминовение в день 25 января или в следующий за сим воскресный день (вече­ром)... исповедников и мучеников".

На закрытом заседании в тот же день Собор вынес экстрен­ное постановление о том, чтобы "на случай болезни, смерти и других печальных для Патриарха возможностей предложить ему избрать не­сколько блюстителей Патриаршего Престола, которые в порядке стар­шинства и будут блюсти власть Патриарха и преемствовать ему". На втором специальном закрытом заседании Собора патриарх доложил, что постановление это им выполнено.

27 января Собор утвердил воззвание "К православному народу", призывая верующих объединиться под церковными знаменами для защиты святынь, в ответ на что в различных городах страны прошли много­людные крестные ходы, стали устраиваться особые богослужения в поддержку Патриархии, посылаться петиции в адрес правительства и т. д.

Епархиальное управление

Главной темой 2-й сессии стало устройство епархиального управления. Обсуждение её началось ещё на 1-й сессии, с доклада профес­сора Александра Покровского. Серьёзные споры разгорелись вокруг положения о том, что "Епархиальный архиерей, по пре­емству власти от святых апостолов, есть Предстоятель местной Церкви, управляющий епархией при соборном содействии клира и мирян". Ряд предлагавшихся поправок метили резче подчеркнуть власть архиереев. Так, архиепископ Тамбовский священномученик Кирилл предлагал включить в "Определение о епархиальном управлении" слова о единоличном управлении епис­копа, осуществляемом лишь при помощи епархиальных органов управления и суда; архиепископ Тверской священномученик Серафим говорил о недопус­тимости привлечения мирян к управлению епархией. Предлагались, однако, и поправки нацеленные на расширение прав клириков и мирян в решении епархиальных дел.

На пленарном заседании принята была поправка профессора Илии Громогласова: заменить формулу "при соборном содействии кли­риков и мирян" на слова "в единении с клиром и мирянами". Но епи­скопское совещание, охраняя канонические основания церковного строя, отвергло эту поправку, восстановив в окончательной редакции формулу, изначально предложенную в докладе [19].

В своём "Определении" по этому вопросу Собор установил 35-летний возрастной ценз для кандидатов в архи­ереи и положил чтобы епископы избирались "из монашествующих или не обязанных браком лиц белого духовенства и мирян, причем для тех и других обязательно облачение в рясофор, если они не принимают пострижения в монашество" [20]. Согласно "Определению" органом, при содействии которого архи­ерей управляет епархией, является епархиальное собрание, избираемое из клириков и мирян на трехлетний срок. Епархиальным собраниям было положено образовывать свои постоянные исполнительные органы: епархиальный совет и епархиальный суд.

Дополнением к "Определению о епархиальном управлении" стало "Определение о викарных епис­копах", вынесенное 15 апреля. Им учреждались поместные викариатства с определенными границами и пребыванием викариев в их титулярных городах. Это деяние мыслилось как первый шаг к удовлетворению давно назревшей потребности в увеличении числа самостоятельных епархий.

Приходской устав

20 апреля было принято самое обширное из постановлений Собора - "Определение о право­славном приходе", также названное "Приходским уставом". Здесь под приходом понималось "общество пра­вославных христиан, состоящее из клира и мирян, пребывающих на определенной местности и объединенных при храме, составляющее часть епархии и находящееся в каноническом управлении своего епархиального архиерея, под руководством поставленного священника-настоятеля" [21]. Во введе­нии был дан краткий очерк истории прихода в древней Церкви и в России. Основой приходской жизни указывался принцип служения, по которому:

"Под руководством преемственно Богопоставленных пастырей все прихожа­не, составляя единую духовную семью во Христе, принимают живое участие во всей жизни прихода, кто как может своими силами и дарованием".

Священной обязанностью прихода Собор провозгласил заботу о благоустроении его святыни - храма. По "Уставу" приходской причт составляли священник, диакон и псаломщик; увеличение и со­кращение причта до двух лиц предоставлялось на усмотрение епархиального архиерея, который рукополагал и назначал клириков.

"Устав" предусматривал избрание прихожанами церковных старост, на которых возлагались заботы о приобретении, хранении и употреблении хра­мового имущества. Для решения дел, связанных с содержанием храма, обес­печением клириков и избранием должностных лиц прихода, предполагалось созывать не реже двух раз в году приходское собрание, постоянным испол­нительным органом которого должен был стать приходской совет, состоя­щий из клириков, церковного старосты (или его помощника) и нескольких мирян - по избранию приходского собрания. Председателем на приход­ском собрании и в приходском совете состоял настоятель храма. Утверждая единство Церкви под началом иерархии, "Устав" в то же время закрепил самостоятельность прихода, а также предусмотрел создание союзов приходов.

Другие деяния 2-й сессии

Также на 2-й сессии, начиная с 20 февраля, состоялась дискуссия о единоверии, принявшая крайне напряженный характер. Так-как в Отделе единоверия и старообрядчества не удалось выработать согласованный проект, на пленарном заседа­нии было представлено два диаметрально противоположных доклада. Один до­кладчик, епископ Челябинский Серафим (Александров), выступил против рукоположения епископов-единоверцев, усматривая в этом противоречие основанному на канонах территориальному принципу административного деления Церкви и угрозу отделения единоверцев от Православной Церкви. Другой докладчик, единоверческий протоиерей священномученик Симеон Шлеёв, предложил учредить самостоятельные единоверческие епархии. После резкой полемики Собор пришел к компромиссному решению об учреждении полусамостоятельных едино­верческих кафедр - Охтинской, Павловской, Саткинской и Тюменской. Определение от 7 марта гласило что :"единоверческие приходы входят в состав православных епархий и управляются, по определению Собора или по поручению правящего архиерея, особыми единоверческими епископами, зависимыми от епархиального архиерея" [22].

Уже на 1-й сессии Собор выступил против новых законов о гражданском браке и его расторжении. В принятом на 2-й сессии определении по этому вопросу заявлялось что:

"Брак, освященный Церковию, не может быть расторгнут гражданскою властью. Такое расторжение Церковь не признает действительным. Совершающие расторжение церковного брака простым заявлением у светской власти повинны в поругании таинства брака" [23].

31 января Собор постановил, что вновь учреждённые Священный Синод и Высший Церковный Совет принимают дела церковного управления у Святейшего Синода с 1 февраля. Таким образом были приведены в дело решения первой сессии о Высшем церковном управлении и 1/14 февраля Святейший Синод упразднился.

Во время 2-й сессии Собор попытался вступить в непосредственный контакт с советским правительством, которое весной 1918 года переехало из Петрограда в Москву. 27 марта в Совнарком пришла соборная делегация, выразившая свое несогласие с январским декретом "Об отделении церкви от государства". В ходе переговоров делегации дали понять, что правительство не настаивает на толковании этого закона в худшую сторону, и он может быть дополнен новым, более либеральным декретом. Во втором заявлении церковной стороны уже отмечались лишь наиболее неприемлемые пункты, вроде национализации всех церковных имуществ. Управляющий делами Совнаркома В. Д. Бонч-Бруевич дал обещание привлечь священнослужителей к дальнейшей работе над законом о культах, но оно так и не было выполнено. Постепенно переговоры заглохли, не приведя к реальным результатам [24].

18 апреля Собор принял поста­новление о прославлении святителей Иосифа Астрахан­ского и Софрония Иркутского.

20 апреля, на пятой седмице Великого поста, было решено закончить 2-ю сессию Поместного Собора в связи с приближением праздника Пасхи и возобновить работу 28 июня. Ввиду сложной политической обстановки соборяне постановили, что для придания законности соборным деяниям впредь достаточно будет присутствия на заседаниях одной четверти состава Собора.

3-я сессия

3-я сессия Собора открылась 2 июля 1918 года. В первом заседании, проходившем в Соборной палате под председательством патриарха Тихона, участвовало 118 членов Собора (из них 16 епископов); всего в Москву съехалось 140 соборян. Предполагалось, что Собор будет как прежде работать в здании Московской духовной семинарии, но за три дня до открытия сессии оно было занято комендантом Кремля И. А. Стрижаком на основании ордера ВЦИКа. Переговоры с управделами Совнаркома и секретарем ВЦИКа не дали никаких результатов, и на Соборе решено было проводить заседания в частном порядке.

Монашество

"Определение о монастырях и монашествующих", разработанное в соответствующем отделе под председательством архиепископа Тверского священномученика Серафима, было принято лишь к концу Собора, 13 сентября 1918 года, и стало одним из важнейших деяний 3-й сессии. Оно устанавливало возраст постригаемого - не моложе 25 лет, для пострига послушника в более раннем возрасте требовалось благословение епархиального архиерея [25]. На основании 4 правила Халкидонского, 21 правила VII Вселенского и 4 правила Двукратного Соборов монашествующим предписывалось до конца жизни нести послушание в тех монастырях, где они отреклись от мира.

Определение восстанавливало древний обычай избрания настоятелей монастырей братией, после чего епархиальный архиерей, в случае одобрения избранного, представлял его на утверждение Священного Синода. Такой же порядок вводился и для поставления настоятельниц женских обителей. Казначей, ризничий, благочинный и эконом должны были назначаться епархиальным архиереем по представлению настоятеля. Эти должностные лица составляли монастырский совет, помогающий настоятелю в управлении хозяйственными делами обители. Собор также высказался о желательности иметь в каждой обители для духовного окормления насельников старца или старицу начитанных в Священном Писании и святоотеческих творениях и способных к духовному руководству. В мужских монастырях духовник должен был избираться настоятелем и братией и утверждаться епархиальным архиереем, а в женских - назначаться епископом из числа монашествующих пресвитеров.

Собор подчеркнул преимущества общежительства перед особножительством и рекомендовал всем монастырям по возможности вводить у себя первое. Всем монастырским насельникам Собор предписывал нести трудовое послушание. Важнейшей заботой начальства и братии поставлялось строго уставное богослужение, "без пропусков и без замены чтением того, что положено петь, и сопровождаемое словом назидания". Духовно-просветительное служение монастырей, вдобавок к богослужению, должно было выражаться в духовничестве, старчестве и проповедничестве.

Брак

К 3-й сессии Отдел церковного суда разработал и вынес на пленарное заседание проект "Определения о поводах к расторжению брачного союза, освященного Церковью". С докладами по этому проекту выступили Валериан Радзимовский и Феофан Гаврилов. К прежним четырем поводам для расторжения брака (прелюбодеяние; добрачная неспособность; ссылка с лишением прав состояния; безвестная отлучка) отдел предлагал добавить новые: уклонение от Православия; неспособность к брачному сожительству, наступившую в браке; посягательство на жизнь, здоровье и честное имя супруга; вступление в новый брак при существовании брака с истцом; неизлечимую душевную болезнь; сифилис; проказу; злонамеренное оставление супруга. Полемика по докладам приняла весьма острый характер.

Проект определения, принятый на основании предложенных докладов, пересматривался на совещании епископов, которое оставило в силе 18 статей, а 6 других возвратило в Отдел церковного суда для переработки. В окончательной редакции закрепилось положение о принципиальной нерасторжимости христианского брака. Исключения "Церковь допускает лишь по снисхождению к человеческим немощам, в заботах о спасении людей... при условии предварительного действительного распадения расторгаемого брачного союза или невозможности его осуществления" [26]. Все добавления, которые предлагал отдел в своем проекте, Собор признал законными поводами для ходатайства одного из супругов о расторжении брака.

Административное устройство

В "Определении о церковных округах", ссылаясь на то, что Соборы 1666 года и 1681-1682 годов признали целесообразность образования митрополичьих округов, Собор постановил "учредить в Российской Церкви церковные округа, а установление числа их и распределение по ним епархий" [27] было поручено высшим органам церковного управления.

В связи с отделением бывшего Царства Польского от Российского государства Собор вынес особое "Определение об устройстве Варшавской епархии", которая "остается в прежних своих пределах и, составляя часть Православной Российской Церкви, управляется на общих основаниях, принятых Священным Синодом для всех православных епархий Российской Церкви" [28].

29 мая 1918 года Украинской Православной Церкви был дарован автономный статус. На заключительном заседании Собора 20 сентября было принято определение по проекту "Положения о временном высшем управлении Православной Церковью на Украине", утверждавшее автономию Украинской Церкви, при котором постановления Всероссийских церковных Соборов и Московского патриарха должны были иметь обязательную силу для Украинской Церкви. Епископы, клирики и миряне украинских епархий привлекались к участию во Всероссийских Соборах, а митрополит Киевский по должности и один из архиереев по очереди должны были участвовать в Священном Синоде.

Соборными отделами были также подготовлены доклады о автокефалии Грузинской Церкви и устройстве Православной Церкви в Финляндии, но решить эти вопросы Собор не успел.

Другие деяния 3-й сессии

На 3-й сессии продолжилась работа над составлением определений о деятельности высших органов церковного управления. В "Определении о порядке избрания Святейшего Патриарха" устанавливался порядок подобный тому, каким был избран святитель Тихон, но с более широким представительством на избирательном Соборе клириков и мирян Московской епархии, для которой патриарх является епархиальным архиереем. В случае освобождения патриаршего престола предусматривалось незамедлительное избрание местоблюстителя из членов Высшего церковного совета.

Собор вынес также "Определение о привлечении женщин к деятельному участию на разных поприщах церковного служения" [29]. Помимо приходских собраний и советов, женщинам было разрешено участвовать в деятельности благочиннических и епархиальных собраний, но не в епархиальных советах и судах. В исключительных случаях благочестивые христианки могли допускаться и на должность псаломщиц, но без включения в клир.

Опираясь на наставления Священного Писания о высоте священнического служения (1 Тим 3, 2, 12; Тит 1, 6) и на святые каноны (3 правило Трулльского Собора и др.), Собор вынес определения, ограждающие достоинство священного сана. Были подтверждены недопустимость второбрачия для вдовых и разведенных священнослужителей и невозможность восстановления в сане лиц, лишенных его приговорами духовных судов. При этом 15 августа Собор вынес определение о признании недействительным лишения сана священнослужителей по политическим мотивам. Последнее решение распространялось на митрополита священномученика Арсения (Мацеевича), боровшегося против секуляризации церковных земельных владений; священника Григория Петрова, в своей политической деятельности придерживавшегося крайне левого направления. Другим определением Собор снизил возрастной ценз для безбрачных кандидатов священства, не состоявших в монашестве, с 40-летнего, установленного прежде в Русской Церкви, до 30-летнего.

3 августа был создан отдел по соединению христианских церквей, который, прежде всего, работал в русле расширения контактов с англиканами и сторокатоликами. В это время представители основных христианских конфессий нередко совместно противостояли антирелигиозным акциям советских властей: была попытка проведения православными, римо-католиками и лютеранами крестного хода в защиту преподавания Закона Божия летом 1918 года в Петрограде, делались ходатайства за репрессированных священнослужителей других конфессий, согласовывалась совместная позиция на переговорах с органами власти.

13 августа было принято определение "О восстановлении празднования дня памяти всех святых Российских" (в неделю 2-ю по Пятидесятнице) [30], а 3 сентября - "О порядке прославления святых к местному почитанию".

Последние определения Собора касались охраны церковных святынь от захвата и поругания. Заседания 3-й сессии были прерваны конфискацией помещений, в которых они проходили - заключительным стало заседание 20 сентября. В этот день было принято определение предоставлявшее патриарху полномочия созвать очередной Поместный Собор весной 1921 года. Предусматривалось также, что избранные члены Священного Синода и Высшего Церковного Совета сохранят свои полномочия до избрания нового состава этих органов очередным Собором.

Значение

Собор стал заметной вехой в истории Православной Церкви - не только Русской, но и Вселенской. На Московском Соборе 1917-1918 годов, после более чем двухвекового перерыва, крупнейшая Поместная Православная Церковь смогла вновь найти и возвысить свой соборный голос, свободно сформулировав принципы церковного бытия. Ломка всего строя общественной жизни России и новые гонения на Церковь в условиях революции и гражданской войны способствовали бурному всплеску деятельности, сплочению православных христиан и выявлению церковной точки зрения на Соборе. Работая больше года, Собор не исчерпал своей программы, а многие его определения оказались неосуществимыми в наступивший советский период. Однако, положения и принципы, выраженные Собором, продолжали жить в сознании верующих, зачастую определяя направление церковной мысли и дискуссии в течении десятилетий. В разные периоды истории на первый план выходили различные решения Собора.

При святителе Тихоне

С наибольшей силой и последовательностью значение Собора прослеживается в последовавший непосредственно после него период - годы святительства патриарха Московского и всея России Тихона. Его подлинно исповедническое служение во главе Русской Церкви стало возможно важнейшим плодом главного деяния Собора - восстановления патриаршества. Благодаря этому историческому решению Собора, тому высокому образу первосвятителя который создал святой Тихон, и ясно понятой важности единоличного возглавления Церкви в условиях жестоких гонений, патриаршество в Русской Церкви оказалось восстановлено бесповоротно. Несмотря на попытку обновленческих раскольников создать свою "соборную церковь" прикрываясь авторитетом созванного ими в 1923 году "поместного Собора", именно каноническая - "патриаршая" или "тихоновская" - Церковь, неизменно сохраняла поддержку основной массы верующих. Нельзя исключать и влияния, которое пример Церкви Русской оказал на другие поместные Церкви - не случайно в 1920 году патриаршество было восстановлено в Сербской Церкви, а в 1925 году - учреждено в Румынской Церкви.

Весь период гражданской войны действовали созданные Собором органы Высшего Церковного Управления - состоящий из архиереев Священный Синод под председательством патриарха и Высший Церковный Совет, включавший кроме патриарха и трех членов Синода представителей приходского духовенства, монашествующих и мирян. Собор заложил норму регулярного проведения Поместных Соборов не реже одного раза в три года, и ограничил полномочия Высшего Церковного Управления межсоборным периодом, создав прочное понятие о том, что верховную власть в Русской Православной Церкви имеет Поместный Собор, а органы ВЦУ подчинены и подотчетны ему. Жесткое противодействие богоборческих властей сделали невозможным полноценное воплощение в жизнь этих принципов, но попытки в этом направлении предпринимались снова и снова. Так, патриарх Московский святитель Тихон весь период своего правления неоднократно пытался добиться созыва нового Поместного Собора и организации положенных орагов Высшего Церковного Управления. Полномочия первоначальных Синода и ВЦС, ввиду невозможности провести Поместный Собор в 1921 году, были продолжены и прекратились лишь в мае 1922 года, когда обновленческий раскол прервал их. После своего освобождения из заключения 27 июня 1923 года патриарх сразу же объявил о создании нового Синода и ВЦС - до созыва будущего Поместного Собора. Лишь год спустя патриарх был вынужден отступить перед противодействием властей и своей резолюцией от 9 июля 1924 года прекратить деятельность Высшего Церковного Управления. Однако, 28 февраля 1925 года он предпринял новую попытку - официально обратился в НКВД с ходатайством о регистрации Временного Патриаршего Священного Синода из 7 иерархов до созыва Поместного Собора.

За годы гражданской войны число архиереев Русской Церкви в результате репрессий, эмиграции и естественной смерти сильно сократилось. Противовесом этому угрожающему процессу стало приведение в жизнь, несмотря на значительные препятствия, определения Собора "О викарных епископах". В соответствии с определением были расширены полномочия и увеличено число викариев. Таким образом число епископов выросло в несколько раз и составило в 1920-е годы более 200. В условиях гонений, когда правящие архиереи подвергались арестам, управление епархиями брали на себя находящиеся временно на свободе викарии. Обеспеченная соборным решением многочисленность епископата стала одной из причин, позволивших Русской Православной Церкви сохранить апостольскую преемственность, несмотря на жесточайшие репрессии.

В годы гражданской войны особое значение имели постановления Собора об активизации церковной деятельности мирян и возрождению приходов. Так как советское законодательство сводило Церковь к так называемым "пятидесяткам", а затем и "двадцаткам" - объединениям верующих граждан (прихожан), которым и передавались по договору в пользование все церковное имущество и здания храмов - то именно на приходские общины легла основная тяжесть борьбы за сохранение Церкви в начальный период особо ожесточённого безбожного гонения 1918-1920 годов. Основной причиной провала первого советского натиска на Церковь часто называют именно оживление приходской и проповеднической деятельности Церкви. С самого начала 1918 года верующий народ во множестве поднялся на защиту Церкви - стали проводиться многолюдные крестные ходы (некоторые из которых были расстреляны), совершаться особые богослужения в общественных местах в поддержку Патриархии, посылаться массовые петиции в адрес правительства и т. д. В Москве в марте того же года был создан Совет объединенных приходов, организованный и возглавляемый Александром Самариным и Николаем Кузнецовым, ставивший своей задачей защиту храмов и монастырей, которым угрожало закрытие. Возникли многочисленные братства с массовым участием мирян, стремившихся сохранить жизнь по вере в условиях гонений. Важными направлениями деятельности братств стали создание полулегальных монашеских общин в миру и монашеские постриги молодых людей с целью сохранения института монашества; подготовка молодых образованных священнослужителей в условиях ограничения, а затем и полной ликвидации духовного образования; сплочение верующих всех возрастов и сословий перед лицом яростных антицерковных гонений. Всё этом стало возможным, в частности, благодаря выявленному на Соборе импульсу к возрождению и укреплению значения приходских общин.

Хотя особо неистовый напор богоборцев сразу же пришелся на монастыри, некоторым обителям поначалу удалось выжить. Существенную роль в сохранении части монастырей сыграли перемены, произошедшие в жизни обителей в период Собора, в том числе определение Собора "О монастырях и монашествующих ". Просходило введение в монастырскую жизнь выборного начала, превращение ряда обителей в нравственно-религиозные центры, развитие ученого монашества и старчества и т.д. В 1918 году некоторые обители были преобразованы в сельскохозяйственные артели и коммуны и в таком виде смогли просуществовать до начала "сплошной коллективизации".

Несмотря на энергичные протесты против декрета "Об отделении церкви от государства" и призывы к верующим о защите Православной веры и Церкви, своими переговорами с советским правительством Собор также положил начало традиции поиска компромиссов с новой властью, далее получившей развитие в деятельности патриарха Тихона. Видя спасение от большевистского безбожия в духовной борьбе, патриарх уже в 1918 году вступил на путь попыток взаимоотношения с советской властью, каким прошёл до конца земной жизни.

Межпатриаршество

Кончина святого патриарха Тихона явилась невосполнимой утратой для Русской Церкви. В то же время проявилась большая важность и своевременность предложения Собором патриарху избрать нескольких блюстителей патриаршего престола, на случай невозможности правильного избрания местоблюстителя и наследника. Это постановление послужило спасительным средством для сохранения канонического преемства первосвятительского служения в Русской Церкви. Уже в 1918 году патриарх последовал предложению Собора и после его кончины, согласно с его завещанием, местоблюстительство перешло к священномученику Петру (Полянскому). При этом, так-как многочисленные иерархи, прибывшие на похороны первосвятителя 12 апреля 1925 года, подписали в тот день заключение о вступлении святителя Петра в должность местоблюстителя, его первенство в иерархии было подкреплено также авторитетом своего рода соборного избрания.

Весь последующий период - со второй половины 1920-х до начала 1940-х годов - представлял собой время борьбы Русской Церкви за выживание. В этих условиях созыв нового Собора, выборы нового патриарха и восстановление институтов Высшего Церковного Управления - по образцам заложенным на Соборе 1917-1918 годов - виделись главными целями общецерковной жизни. В 1926 году была предпринята неудачная попытка провести в тайне от властей заочное избрание патриарха через сбор подписей архиереев. Владыка Сергий (Страгородский), возглавивший Церковь весной 1927 года, пойдя на ряд существенных уступок властям получил предварительное согласие на возможный созыв Собора. Хотя созвать полноценный Собор так и не удалось, 18 мая того же года митрополит Сергий созвал в Москве совещание епископов, на котором выступал с проектом Временного Патриаршего Священного Синода (ВПСС) из 8 членов, который был организован позднее в том же месяце. 25 мая состоялось официальное заседание ВПСС, в тот же день по епархиям было разослано постановление об организации епархиальных советов, а при викарных епископах предписывалось учреждать благочиннические советы [31]. Однако, это стало пределом воссоздания церковно-административной структуры Патриархата на "законных основаниях" в те годы - ни проведение Собора, ни выборы патриарха допущены не были. С рубежа 1928-1929 года начался длительный период крайне воинственного отношения безбожной власти к Церкви, достигший пика в чистках 1937-1938 годов. 18 мая 1935 года митрополит Сергий по требованию властей распустил Временный Патриарший Синод, вскоре почти весь епископат был физически уничтожен или заточён, а церковная организация - почти полностью разрушена.

Далеко не все представители духовенства и мирян Русской Церкви одобрили компромиссный курс митрополита Сергия (Страгородского) и в 1927-1928 годах появилось довольно значительное течение т.н. "непоминающих". Но, как и сторонники митрополита Сергия, "непоминающие" свои надежды во многом возлагали на будущий Собор, который разрешит все разногласия. Апеллировали они и к авторитету Поместного Собора 1917-1918 годов: одним из основных их требований было отстаивание соборного постановления о недействительности лишения сана священнослужителей по политическим мотивам. Своё развитие новая соборная традиция получила и в среде русской эмиграции, в виде сравнительно частых Соборов Русской Православной Церкви Заграницей. Примечательно, что первый "Всезаграничный" Собор в Сремских Карловцах в 1921 году объединил почти всех оказавшихся за рубежом русских архиереев и членов Поместного Собора 1917-1918 годов, а также делегатов от приходов, эвакуированной армии и монашествующих.

Тем временем, внутри СССР, несмотря на разгром Церкви в управленческом плане, она сумела выстоять на уровне общин. Несмотря на гонения, в переписи 1937 года большинство советского населения всё же заявило себя верующими в Бога. Авторитет канонической Церкви оставался высоким во многом благодаря неукоснительному соблюдению определений 3-й сессии Собора 1917-1918 годов о духовенстве, что уберегло православных клириков от дискредитации, которой подверглись группировки обновленцев, поправших святые каноны.

Наконец, особое значние в эти годы имели такие плоды работы Собора 1917-1918 годов, как оживление приходской жизни и особенно увеличение в ней роли женщин. Своим "Определением о привлечении женщин к деятельному участию на разных поприщах церковного служения" Собор способствовал тому что христианки, сделавшиеся бо’льшей частью православного верующего народа, стали оплотом церковности. Подавляющее большинство в составе приходских советов в 1930-е годов составляли женщины. Не считаясь со смертельной опасностью, они повсеместно оказывали сопротивление закрытию храмов, демонстрировали удивительное бесстрашие и стойкость в самоотверженном служении Церкви. Именно женщины ехали в ссылки, чтобы сопровождать и спасать от смерти своих пастырей, давали приют гонимым и обеспечивали подпольную жизнь и церковную службу. Появилось много подвижниц, не постриженных в монашество, но живших по монашескому, возникли сотни т.н. "монастырей в миру". Все это позволило Церкви не только выстоять, но и возродиться, как только внешние обстоятельства изменились.

В условиях сталинского "конкордата" и Холодной войны

Значительный сдвиг в положении Русской Православной Церкви, который произошел в годы Великой Отечественной войны, ознаменовался поворотом в политике советской власти, которая пошла на тактическое ослабление антицерковного давления в рамках своего рода "конкордата". Условия ограниченной легализация церковной управленческой структуры в СССР ясно отразили выстраданный за предыдущие десятилетия принцип церковной администрации, заложенный на Соборе 1917-1918 года. Вопрос о возобновлении коллегиального строя по образцу Синодального периода уже не ставился. При исторической встрече 4 сентября 1943 года трёх митрополитов - Сергия, Алексия и Николая - с И. В. Сталиным, первая же просьба владыки Сергия указывала на необходимость созыва Собора, выборов патриарха и восстановления постоянного совещательного Синода. Сталин признал эти институты необходимыми и уже 8 сентября состоялся Архиерейский Собор, избравший владыку Сергия патриархом и образовавший Священный Синод. С тех пор эти три церковно-административных института неизменно существовали в СССР, несмотря на всю стеснённость положения Церкви.

В условиях жесткого контроля советской власти вернуться к большинству постановлений Собора 1917-1918 годов было невозможно, но ссылки на его авторитет продолжали оставаться актуальными. Так, на Архиерейском Соборе в 1944 году, при обсуждении порядка избрания нового патриарха, святитель Лука (Войно-Ясенецкий) напомнил постановление Поместного Собора 1917-1918 годов о том, что патриарх должен избираться тайным го­лосованием и жребием из нескольких кандидатов. Хотя это предложение не могло быть принято, важным было уже то что следующий патриарх был избран в 1945 году не на Архиерейском, а на Поместным Соборе, который стал наиболее полномочным и многочисленным собранием духовенства и мирян Русской Церкви с 1918 года. Преемственность была подчёркнута приглашением нескольких оставшихся в живых членов Поместного Собора 1917-1918 годов, от лица которых к новому собранию обратился 80-летний старец протоиерей Алексий Станиславский. В принятом на Соборе "Положении об управлении Русской Православной Церкви" - новым общецерковном руководственном документе - в первом же пункте указывалось что "В Русской Православной Церкви высшая власть [...] принадлежит Поместному Собору". Согласно с этим положением, следуя практике Собора 1917-1918 годов, все последующие патриархи Русской Церкви избирались именно Поместными Соборами, с участием многочисленных рядовых клириков и мирян.

Течение жизни Церкви в годы Холодной войны проходило в столь тесных рамках, что возможностей плодотворно обратиться к наследию Собора 1917-1918 годов почти не было. Среди немногих примеров порой называют опыт разработки вопросов "по соединению христианских церквей", который стал актуальным в связи с вынужденным вступлением Русской Церкви во "Всемирный совет церквей" в 1961 году и развитием экуменической активности. Также указывают на использование наработок Собора 1917-1918 годов о единоверии при отмене клятв на старые (дониконовские) обряды на Поместном Соборе в 1971 году. Всплеск религиозного инакомыслия, который вызвал Собор 1971 года, отразил укрепившееся представление о Поместном Соборе как об органе, способном исправить все наиболее значительные недостатки в церковной жизни. Однако, коренные преобразования можно было начинать лишь когда Холодная война подошла к концу, советская система стала рушиться изнутри, и правительство оказалось вынуждено дать Церкви небывалую прежде свободу.

В 1988 году состоялся Поместный Собор который ясно показал востребованность опыта Собора 1917-1918 года в условиях новой свободы. Новый Собор, приняв "Устав об управлении Русской Православной Церкви", вернул в практику церковной жизни некоторые определения 1917-1918 годов. Теперь Соборы вновь планировалось созывать с определенной периодичностью: в частности, Поместный Собор - которому по прежнему принадлежала высшая власть - не реже раза в пять лет. Устав восстанавливал и предусмотренные Собором 1917-1918 годов епархиальные собрания, которые получали полномочия избирать сроком на один год половину членов епархиаль­ного совета, при помощи которого архиерей должен осуществлять управление епархией. Основные положения 8-й главы Устава ("Приходы") были тоже приведены с учетом исторических реалий конца 1980-х годов в соответствии с решениями Собора 1917-1918 годов. Так, определение прихода практически совпадало с формулировкой 1918 года, также как и характеристика состава приходского причта. Наконец, Собор 1988 года преодолел негласный запрет на вопросы канонизации, действовавший все предыдущие десятилетия советской власти. Через год последовал очередной Архиерейский Собор, среди важнейших решений которого были канонизация патриарха Тихона и открытая постановка вопроса о пересмотре дис­криминационных для Церкви отношений с государством. В 1990 году было созвано четыре Собора, причём на Поместном Соборе того года прозвучало предложение ис­пользовать для избрания патриарха жребий, как в 1917 году. Собор также поручил Комиссии по ка­нонизации святых подготовить материалы к прославлению новомучеников, пострадавших за веру в XX веке, возвращаясь к соборному постановлению 1918 года о поминовении мучеников.

Икона Собора новомучеников членов Поместного собора 1917-1918 года
Икона Собора новомучеников членов Поместного собора 1917-1918 года

Новейшее время

Возрождение Русской Православной Церкви в последующие десятилетия снова и снова побуждало возвращаться к опыту Поместного Собора 1917-1918 годов, зачастую возрождая или продолжая его начинания. Среди них: прославление новомучеников и местночтимых святых, разукрупнение епархий, возрождение приходских общин и многие другие. Огромный, в значительной степени до сих пор не реализованный на практике комплекс определений и опыт работы Собора сохраняет актуальность и в настоящее время. В целях более глубокого осмысления опыта Собора велась широкая исследовательская и издательская работа.

Осознание значения Собора стало порождать традицию его церковного воспоминания. Так, 11 декабря 2012 года ректор Православного Свято-Тихоновского университета протоиерей Владимир Воробьев передал в дар Сретенской семинарии икону - "Отцы Поместного собора 1917-1918 года" [32]. Образ был создана специалистами Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, чья домовая церковь - в бывшем Московском епархиальном доме в Лиховом переулке - освящена во имя святителя Тихона и Отцов Поместного Собора 1917-1918 годов.

Издание деяний

Согласно статье 183-й устава Собора, по каждому заседанию Собора составлялись протокол и соборное деяние, которые стали в дальнейшем главным первоисточником для изучения работы Собора. Всего заседаний полного состава было 170. Составленные протоколы и деяния на конец XX века находились в Москве, в фонде 3431 Государственного архива Российской Федерации.

Публикация соборных деяний и протоколов шла по мере их принятия. Наиболее полные сведения о первоначальной публикации деяний находятся во 2-м выпуске 4-й книги (изд. 1918 года) - вероятно этот выпуск стал последним по времени выхода в свет. На конец XX века были обнаружены все перечисленные книги, в которых вышли деяния 1-82, 104-106 и 116-119. Остальные 81 деяние видимо так и не были опубликованы в то время.

В 1994-1996 годах Московский Новоспасский монастырь репринтно переиздал деяния 1-82 (Деяния Священного Собора Православной Российской Церкви, 1917-1918 гг.: [В 6 тт.] (репринт изд. 1918 г.), М.: Новоспасский монастырь, 1994-1996), а также сборник соборных определений и постановлений (Собрание Определений и Постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви, 1917-1918 гг. (репринт изд. 1918 г.), М., 1994.). В 2012 году Новоспасский монастырь объявил о начале издания деяний, оперделений, воспоминаний не только конкретно Собора 1917-1918 годов, но и Предсоборных Пристуствия, Совещания и Совета разных лет [33]. О текущей работе см.:

  • Священный Собор Православной Российской Церкви 1917-1918 гг., официальный портал проекта Новоспасского ставропигиального монастыря по изданию документов Собора:

Литература

Использованные материалы

Предсоборный период

Списки

  • Алфавитный список Членов Собора Православной Российской Церкви 1917 – 1918 года, частный сайт А. А. Бовкало:
  • Загуляев Арсений, Сивашенкова Дария, фото Степановой Екатерины, "«Отцы Поместного собора 1917-1918 года»: икона объединения", Нескучный сад, 7 декабря 2012:



[1]  Даты до 1 (14 н.с.) февраля 1918 года указаны по юлианскому календарю, с 1 (14 н.с.) февраля 1918 - по григорианскому.

[2]  Цит. по Георгий Митрофанов, прот., История Русской Православной Церкви 1900-1927 гг., 2002, ч. I: "1900–1917 гг.", гл. "Предсоборное Присутствие", http://www.orthodox-book.ru/index.php?option=com_content&view=article&

[3]  Список по "Русская Православная Церковь ХХ век. 14 марта", портал Православие.Ru, 14 марта 2006, http://www.pravoslavie.ru/arhiv/5385.htm

[4]  Так согласно Цыпин Владислав, прот., История Русской Православной Церкви, гл. "Поместный собор Русской Православной Церкви 1917-1918", http://www.klikovo.ru/db/book/msg/1801. В более ранней своей работе - Цыпин Владислав, прот., История Русской Церкви 1917-1997, гл. 1: "Поместный собор 1917–1918 гг.", http://azbyka.ru/library/tsypin_istoriya_russkoy_tserkvi_03-all.shtml - он же указывает 27 псаломщиков.

[5]  Цит. по: Церковные ведомости, 1917, № 42.

[6]  Деяния Собора, т. 2, с. 97-98.

[7]  Деяния Собора, т. 2, с. 113.

[8]  Деяния Собора, т. 2, с. 151-152.

[9]  Деяния Собора, т. 2, с. 356.

[10]  Деяния Собора, т. 2, с. 294.

[11]  Деяния Собора, т. 2, с. 383.

[12]  Деяния Собора, т. 3, с. 118.

[13]  Деяния Собора, т. 3, с. 135.

[14]  Настоятель Макарьево-Унженского монастыря. См. http://www.petergen.com/bovkalo/sp/sobor1917.html

[15]  Деяния Собора, т. 4, с. 14-15.

[16]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 2, с. 6-7.

[17]  Деяния Собора, т. 4, с. 186.

[18]  Евлогий (Георгиевский), митр., Путь моей жизни, М., 1994, с. 282.

[19]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 1, с. 18.

[20]  Деяния Собора, т. 6, с. 212.

[21]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 3, с. 13.

[22]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 2, с. 3.

[23]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 2, с. 22.

[24]  Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 833, оп. 1, д. 56, л. 23-25.

[25]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 4, с. 31-43.

[26]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 3, с. 61.

[27]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 4, с. 14.

[28]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 4, с. 23.

[29]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 4, с. 47.

[30]  Собрание определений и постановлений Священного Собора Православной Российской Церкви 1917-1918, М., 1994 [репринт с изд.: М., 1918], вып. 4, с. 28-30.

[31]  Регельсон, Л., Трагедия Русской Церкви 1917 - 1945, Париж, 1977, с. 414-417.

[32]  Блинов Иван, Сафари Матфей, "Сретенскому монастырю передана икона Святых Отцов Поместного Собора 1917-1918 гг.", портал Православие.Ru, 12 декабря 2012, http://www.pravoslavie.ru/sm/58128.htm

[33]  16 июля 2013 года первые 2 полутома этого издания были представлены членам Священного Синода. См. "Первый том документов Поместного Собора 1917-1918 гг. представлен членам Священного Синода Русской Православной Церкви", сайт проекта Новоспасского монастыря, 18 июля 2013 года, http://sobor1917.ru/sinod2013/

Редакция текста от: 01.10.2015 21:45:01

"МОСКОВСКИЙ СОБОР 1917-1918" еще можно поискать:

полнотекстовый поиск в Древе: Яндекс - Google
в других энциклопедиях: Яндекс - Википедия - Mail.ru -
в поисковых системах: Искомое.ru - Яндекс - Google