РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ЗАГРАНИЦЕЙ

Статья из энциклопедии "Древо": drevo-info.ru

Нью-Йоркский Знаменский Синодальный домовой собор и первоиераршая резиденция
Нью-Йоркский Знаменский Синодальный домовой собор и первоиераршая резиденция
Русская Православная Церковь Заграницей, самоуправляемая Церковь в составе Московского Патриархата

Епархии

  1. Восточно-Американская
  2. Берлинская
  3. Великобританская
  4. Женевская
  5. Каракасская
  6. Монреальская
  7. Сан-Францисская
  8. Сиднейская
  9. Чикагская

Исторический очерк

Возникновение

Октябрьский переворот 1917 года и последующая гражданская война в России привели к срыву нормального сообщения между многими частями бывшей Российской империи и к массовому исходу православных верующих из России. Фронты гражданской войны, границы новообразованных отделившихся государств и госуадрств-неприятелей разделили ранее объединенное пространство. К началу 1920-х годов приблизительно около 3-4 миллионов беженцев и эмигрантов оказались разбросаны по всему миру, более 8 миллионов православных нашли себя за пределами новообразованного советского государства. Священноначалие Русской Православной Церкви, будучи сосредоточено в Москве в самом центре советского государства, оказалось перед большими затруднениями пытаясь продолжать духовное окормление отрезанной паствы, в то время сведения о положении дел в разных частях бывшей империи и всего мира были труднодоступны и неверны. Духовнество оказавшееся вне советской территории также могло иметь лишь смутное представление о том что происходило в советской стране. В этих условиях возникли первые попытки образовать управление для частей и чад Русской Церкви оказавшихся зарубежом.

Ее история восходит к Ставропольскому Собору 19-24 мая 1919 года котоый организовал Временное Высшее Церковное Управление Юго-Востока России для частей Русской Православной Церкви оказалавшихся на территории занятой белыми войсками Деникина. В ноябре 1920 года члены Управления покинули Россию. Наиболее авторитетные иерархи, покинувшие Россию, — митрополит Киевский и Галицкий Антоний (Храповицкий), архиепископ Волынский и Житомирский Евлогий (Георгиевский) — первоначально собирались затвориться в монастырях, а деятельность Управления прекратить, предоставив окормление русской паствы за рубежом соответствующим Поместным Церквам, но затем сменили решение. По свидетельству биографа митрополита Антония, изменить свои планы и сохранить русскую церковную организацию он решил после того, как узнал о намерении генерала Врангеля сохранить военную организацию для борьбы с большевиками.

19 ноября 1920 года на пароходе «Великий князь Александр Михайлович» в Константинопольском порту состоялось первое за пределами России заседание Управления. Иерархи во главе с митрополитом Антонием решили продолжить свою деятельность среди эмигрантов. Указ, выданный Местоблюстителем Константинопольского патриаршего престола митрополитом Брусским Дорофеем в декабре 1920 года, разрешал деятельность Управления на территории Константинопольского Патриархата при подчинении верховной власти патриарха, за которым сохранялись, в частности, и судебные прерогативы.

Каноническое основание для своей деятельности в эмиграции зарубежные иерархи усматривали в 39 правиле VI Вселенского Собора - взгляд выраженный в статье профессора С. В. Троицкого «О правах епископов, лишившихся кафедр без своей вины». Еще одним документом, часто упоминавшимся за границей как основание для деятельности зарубежного Церковного Управления, стал указ от 20 ноября 1920 года за № 362 патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета предписывавший временную организацию «высшей инстанции церковной власти» в отрезанных епархиях в условиях срыва сообщения. В качестве косвенного признания нового Управления со стороны святителя Тихона заграничные архиереи восприняли его указ № 424 от 8 апреля 1921 года, подтверждалось временное назначение архиепископа Евлогия (Георгиевского) управляющим русскими приходами в Западной Европе, первоначально произведенное Высшим Церковным Управлением в октябре 1920 года, еще в период пребывания в Крыму.

12 мая 1921 года Высшее Церковное Управление переехало из Константинополя на территорию Соединенного Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев, правительство которого оказало русским эмигрантам гостеприимство, а Сербский патриарх Димитрий с любовью встретил русских архипастырей и предоставил им свою резиденцию в Сремских Карловцах. 31 августа 1921 года Архиерейский Собор Сербской Православной Церкви предоставил Высшему Церковному Управлению право юрисдикции над русским духовенством, не состоящим на службе в Сербской Церкви.

Высшее Церковное Управление в тот период было признано большинством из свыше чем 30 русских архиереев, оказавшихся за границей. При этом, для того чтобы упрочить свое каноническое положение, зарубежные архипастыри неоднократно пытались связаться со святителем Тихоном. В частности, в июле 1921 года митрополит Антоний представил патриарху рапорт с предложением учредить Высшее Управление Российской Церковью за границей, объединяющее все зарубежные русские приходы и епархии Московского Патриархата, включая Финляндию, Прибалтику, Польшу, Северную Америку, Японию и Китай, под председательством Патриаршего наместника. Испрашивалось также благословение на созыв заграничного собрания Российской Церкви. Однако 13 октября 1921 года патриарх Тихон, Священный Синод и Высший Церковный Совет Российской Православной Церкви признали нецелесообразным учреждение должности Патриаршего наместника «как ничем не вызываемое», Высшее церковное управление оставили «с прежними его полномочиями», не распространяя сферу его действия на Польшу и Прибалтику, а сообщение о предстоящем собрании приняли к сведению.

21 ноября 1921 года в Сремских Карловцах открылось Общецерковное заграничное собрание архиереев, клириков и мирян, в ходе заседаний переименованное во Всезарубежный Собор. Послание Собора «Чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим» содержало призыв к возвращению на российский престол законного православного царя из дома Романовых. Направленное от лица Собора послание к международной Генуэзской конференции, назначенной на апрель 1922 года для обсуждения вопросов о государственных долгах России, призывало все народы мира поддержать оружием и направлением добровольцев военный поход против советского государства. Эти воззвания были использованы советской властью для обострения гонений на Церковь в России и коренным образом изменили отношения зарубежного центра с Московской Патриархией. Принятые в Карловцах документы противоречили принципу невмешательства Церкви в политические дела [3]. Власти в Москве требовали от святителя Тихона лишить сана зарубежных архиереев, однако патриарх не желал подобных мер. 5 мая 1922 года последовал указ № 348 (349) патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета согласно коему послания Карловацкого Собора признавались не выражающими официального голоса Русской Православной Церкви и, по причине их чисто политического характера, не имеющими канонического значения. Ввиду допущенных политических от имени Церкви заявлений, Высшее Церковное Управление за границей упразднялось, а власть над приходами в Европе сохранялась за митрополитом Евлогием. Был поставлен и вопрос о церковной ответственности духовных лиц за границей за их политические заявления, сделанные от имени Церкви.

На следующий день после подписания указа патриарх Тихон был арестован. За границу информация об аресте святителя пришла раньше указа, к моменту получения которого уже была предпринята раскольниками-обновленцами попытка узурпировать власть в Русской Церкви. Вследствие этого большая часть представителей зарубежного епископата опасалась, что законная церковная власть в России уничтожена окончательно. Во многом по этой причине указ № 348 был выполнен лишь формально. Собор русских архиереев за границей 2 сентября 1922 года упразднил Высшее Церковное Управление, однако образовал вместо него временный Архиерейский Синод во главе с митрополитом Антонием. Основанием для этого решения архипастыри называли указ № 362 от 20 ноября 1920 года. Зарубежные архиереи сочли, что указ давал право на создание церковной организации и за пределами канонической территории Русской Православной Церкви, где ее епархий доселе не существовало. Заграничный Архиерейский Собор в июне 1923 года подтвердил решение о создании Синода.

После кончины святителя Тихона 7 марта 1925 года зарубежные архиереи не сразу признали полномочия патриаршего местоблюстителя священномученика Петра (Полянского), что во многом было вызвано неизвестностью за границей относительно его намерений по отношению к обновленцам. 9 апреля 1925 года Архиерейский Синод Русской Зарубежной Церкви счел целесообразным,

«в случае, если советская власть в России не допустит избрания нового патриарха, а будет путем насилия и обмана навязывать и укреплять власть обновленческого синода или насиловать архипастырскую совесть местоблюстителя или нового патриарха, предоставить председателю Архиерейского Синода Высокопреосвященнейшему митрополиту Антонию с правами временного, до созыва канонического Всероссийского Священного Собора, заместителя патриарха, представительствовать Всероссийскую Православную Церковь и, насколько позволяют условия и обстоятельства, руководить церковной жизнью и Церковью не только вне России, но и в России». Однако осенью того же года Архиерейский Синод приостановил действие данного определения, так как выступления митрополита Петра против обновленцев убедили заграничных архиереев признать его полномочия патриаршего местоблюстителя.

Отношения зарубежных архипастырей с заместителем патриаршего местоблюстителя митрополитом Сергием (Страгородским), возглавившим Русскую Церковь после ареста митрополита Петра 10 декабря 1925 года, первоначально были доверительными. Однако после предложения архиереям в Западной Европе дать подписку о лояльности по отношению к советской власти, а также после издания Послания к пастырям и пастве митрополита Сергия и временного Патриаршего Синода от 29 июля 1927 года (так называемой «Декларации митрополита Сергия»), Архиерейский Синод 5 сентября 1927 года принял решение прервать общение с заместителем патриаршего местоблюстителя. В Окружном послании Архиерейского Собора Русской Православной Церкви за границей от 9 сентября 1927 года говорилось:

«Послание митрополита Сергия, не архипастырское и не церковное, а политическое и потому не может иметь церковно-канонического значения и не обязательно для нас, свободных от гнета и плена богоборной и христоненавистной власти... Такое постановление не может быть признано законным и каноническим».

Собор, от которого к тому времени уже отделились митрополиты Евлогий и Платон с возглавлявшимися ими приходами в Западной Европе и Северной Америке, постановил прекратить сношения с московской церковной властью, продолжая признавать в качестве главы Русской Церкви патриаршего местоблюстителя митрополита Петра, находившегося в ссылке. Вместе с тем, в Окружном послании говорится, что

«заграничная часть Русской Церкви почитает себя неразрывною, духовно-единою ветвью великой Русской Церкви. Она не отделяет себя от своей Матери-Церкви и не считает себя автокефальною».

В разрыве со священноначалием в Москве

После 1927 года общение между Священноначалием Церкви в Отечестве и иерархами в зарубежье было прервано на долгие десятилетия. В 1934 году заместитель патриаршего местоблюстителя митрополит Сергий (Страгородский) издал указ о запрещении в священнослужении митрополита Антония (Храповицкого) и нескольких зарубежных иерархов. Архиерейский Синод Зарубежной Церкви не признал данного постановления. После кончины первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Антония, последовавшей в 1936 году разделение сохранялось и далее, при его наследниках. В августе 1938 года в Сремских Карловцах состоялся Второй Всезарубежный Собор.

В годы Второй Мировой войны некоторые из представителей Русской Зарубежной Церкви выражали надежду на освобождение России от власти большевиков силой оружия. Другие архипастыри, наоборот, ожидали победы Красной армии и именно в этом видели победу России. Так епископ Шанхайский святитель Иоанн (Максимович) совершал денежные сборы на нужды Красной армии и служил благодарственные молебны после ее побед над гитлеровцами, архиепископ Богучарский Серафим (Соболев) управлявший русскими приходами в Болгарии категорически отказывался благословлять русских эмигрантов на борьбу против России. По окончании войны, 10 августа 1945 года, патриарх Московский и всея Руси Алексий I обратился с посланием к зарубежным архипастырям и клиру, где призывал их к единству с Московским Патриархатом, и многие архипастыри вняли ему [4], заметно умалив число приверженцев Зарубежного Синода. Стоит отметить, что Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий I, находясь в Югославии в 1945 году, отслужил панихиду по митрополиту Антонию.

При этом Архиерейский Синод продолжил свою деятельность. В ходе войны он покинул Сремские Карловцы, с 1946 года находился в Мюнхене, а с 1950 года - в Нью-Йорке. Сразу после войны к нему примкнул ряд архиереев-беженцев из СССР.

Оставаясь в разрыве с Церковью в отечестве, Зарубежная Церковь сохраняла понимание себя как неразрывной части Русской Церкви, временно отчужденной силой внешних обстоятельств. Это выразилось в принятом в 1956 году Положении о Русской Православной Церкви Заграницей, в котором она определяется как

«неразрывная часть поместной Российской Православной Церкви, временно самоуправляющаяся на соборных началах до упразднения в России безбожной власти».

Святитель Западно-Американский и Сан-Франциский Иоанн (Максимович) говорил:

«Я каждый день на проскомидии поминаю патриарха Алексия. Он патриарх. И наша молитва всё-таки остается. В силу обстоятельств мы оказались отрезаны, но литургически мы едины. Русская Церковь, как и вся Православная Церковь, соединена евхаристически, и мы с ней и в ней. А административно нам приходится, ради нашей паствы и ради известных принципов, идти этим путем, но это нисколько не нарушает таинственного единства всей Церкви». В середине 1960-х годов архиепископ Иоанн писал: «Русская Зарубежная Церковь духовно не отделяется от страждущей Матери. Она возносит за нее молитвы, хранит ее духовные и вещественные богатства и в свое время соединится с нею, когда исчезнут причины, разъединяющие их».

В течение десятилетий Русская Зарубежная Церковь усердно хранила традиции православного благочестия, восходящие к дореволюционной Руси, активно занималась издательской и просветительской деятельностью. Продолжалась и монашеская жизнь. Новым воплощением почаевских иноческих традиций стал монастырь святого Иова в Ладомирове (Чехословакия), основанный в 1923 году. В 1946 году братия монастыря переехала в Соединенные Штаты Америки, где влилась в состав Свято-Троицкого монастыря в Джорданвилле (штат Нью-Йорк), основанного в 1930 году. Свято-Троицкий монастырь стал главным духовным центром Русской Зарубежной Церкви. Здесь была основана в 1948 году и Свято-Троицкая духовная семинария, которая стала духовно-образовательным центром Церкви, здесь же возобновилось и начатое в монастыре святого Иова издательское дело. Трудами братии издано множество газет, журналов и книг, часть которых с большими затруднениями удавалось порой переправлять в Россию. Там, где в советское время издание духовной литературы было крайне ограничено, хорошо знали такие сочинения авторов из Русской Зарубежной Церкви, как «Закон Божий» протоиерея Серафима Слободского, «Толкование на Четвероевангелие» и «Толкование на Апостол» архиепископа Аверкия (Таушева), «Догматическое богословие» протопресвитера Михаила Помазанского.

При первоиерархе митрополите Филарете (Вознесенском) состоялся III Всезарубежный Собор в сентябре 1974 года в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, а также был совершен ряд прославлений - святого праведного Иоанна Кронштадтского (13 ноября 1964 года), преподобного Германа Аляскинского (25/26 июля 1970 года), святой блаженной Ксении (24 сентября 1978 года), и, важнейшее из них, святых Новомучеников и Исповедников Российских (1 ноября 1981 года).

В годы разобщения с Церковью в отечестве, Русская Зарубежная Церковь огородилась от общения с большинством других Поместных Православных Церквей, настаивая на неприемлимости ложного экуменизма и сетуя о отступлении большинства Церквей от церковного юлианского календаря. При этом, Зарубежная Церковь неизменно находилась в евхаристическом общении с Сербской Православной Церковью.

Восстановление единства Русской Православной Церкви

Начало конца атеистического режима и возрождения Церкви в России ознаменовалось торжественным празднованием в 1988 году 1000-летия Крещения Руси. Поместный Собор 1988 года канонизировал патриарха Тихона и целый ряд подвижников, Церкви стали постепенно возвращаться храмы и монастыри. Эти перемены дали надежду на скорое восстановление единства и члены Поместного Собора 1988 года призвали Зарубежную Церковь к переговорам, но в 1990 году, несмотря на несогласие ряда архипастырей, Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви вынес решение об открытии приходов своей юрисдикции на канонической территории Московского Патриархата, что снова обострило отношения.

В 1991 году СССР не стало и открылась новая возможность к сближению. В октябре этого года патриарх Московский и всея Руси Алексий II в открытом письме участникам Конгресса соотечественников сказал:

«Внешние оковы агрессивного безбожия, долгие годы связывавшие нас, пали. Мы свободны, и это создает предпосылки для диалога, ибо именно свобода нашей Церкви от гнета тоталитаризма была тем условием встречи с заграничными братьями и сестрами, о котором неоднократно говорило Священноначалие Русской Зарубежной Церкви».

Определенным этапом в развитии диалога стали начавшиеся в 1993 году регулярные собеседования между представителями Московского Патриархата во главе с архиепископом Берлинским и Германским Феофаном и клириками Берлинской епархии Русской Зарубежной Церкви во главе с архиепископом Марком. В совместном заявлении участников последнего, девятого собеседования, прошедшего в декабре 1997 года, было отмечено: «Все мы воспринимаем себя как чада духовных устоев Русской Церкви. Она есть Матерь-Церковь для всех нас... Мы согласны в том и отмечаем, что благодатность таинств, священства и церковной жизни не должна ставиться под вопрос...». Начиная с 1990-х годов епископ Лавр (Шкурла), сыгравший центральную роль в воссоединении, начал свои регулярные неофициальные посещения России для ознакомления с действительностью ее церковной жизни. В 1994 году на Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви в Лесне было принято решение начать сближение с Московской Патриархией. Однако, первоиерарх Зарубежной Церкви митрополит Виталий вновь приостановил процесс сближения, а отчуждение имущества Зарубежной Церкви на Святой Земле обострило отношения, вновь отсрочив излечение размежевания.

Важной вехой на пути к единству стал Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, состоявшийся в Москве в августе 2000 года. Собор прославил новомучеников и исповедников Российских, принял «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», где прояснялась позиция Московского Патриархата в отношении к государственной власти, «Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию», в котором ясно излогалось видение межконфессионального диалога. Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в своем докладе назвал разделение между Церковью в Отечестве и Церковью за границей «исторической трагедией русского народа» и призвал Русскую Зарубежную Церковь к единству. Решения Собора были положительно восприняты в Русской Зарубежной Церкви, а уход митрополита Виталия на покой и возведение владыки Лавра на первоиераршескую кафедру открыло путь к сближению.

24 сентября 2003 года в Генеральном консульстве России в Нью-Йорке состоялась встреча президента Российской Федерации В. В. Путина с митрополитом Лавром. Президент Путин передал митрополиту Лавру письмо от патриарха Алексия, а также, от своего имени и от имени патриарха, пригласил митрополита Лавра посетить Россию. В ноябре 2003 года Москву посетила официальная делегация Русской Зарубежной Церкви, прошли переговоры при которых стороны выразили волю к установлению молитвенно-евхаристического общения и решили создать комиссии, призванные способствовать решению накопившихся за годы разделения проблем. В декабре 2003 года эти коммиссии были созданы и состоялось обсудившее вопросы церковного единства Всезарубежное пастырское совещание Русской Зарубежной Церкви, в котором приняли участие и клирики Московского Патриархата. В своем обращении участники Пастырского совещания заявили, что приветствуют шаги, направленные к единству Русской Церкви. Знаменательным событием стал визит в Россию делегации Русской Зарубежной Церкви во главе с ее первоиерархом митрополитом Лавром 14-27 мая 2004 - первый официальный визит первоиерарха Русской Зарубежной Церкви за все годы разделения. В ходе паломнических посещений и собеседований достигалось более глубокое взаимопонимание, а символичным событием визита стала совместная закладка патриархом Алексием и митрополитом Лавром храма на месте массовых расстрелов на Бутовском полигоне, которая состоялась 15 мая. Подробную работу по обсуждению и осмыслению разделявших Церковь проблем проделали комиссии обеих сторон, встечавшиеся в Москве (ОВЦС, 22-24 июня 2004), Мюнхене (14-17 сентября 2004), Москве (17-19 ноября 2004), окрестностях Парижа (2-4 марта 2005), Москве (26-28 июля 2005), в Наяке (штат Нью-Йорк, 17-20 февраля 2006 года), Москве (26-28 июня 2006) и Кёльне (24-26 октября 2006).

В октябре 2004 года состоялся Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, который одобрил уже достигнутые результаты работы комиссий, а в мае 2006 года IV Всезарубежный Собор, состоявшийся в Сан-Франциско, принципиально одобрил курс к единству. Комиссии закончили свою работу в ноябре 2006 года, выработав за это время проекты документов, определяющих канонический статус Русской Зарубежной Церкви в составе Московского Патриархата, отношение сторон к проблемам взаимоотношений Церкви и государства, Православной Церкви и инославия. Все эти документы впоследствии были одобрены Священным Синодом Русской Православной Церкви и Архиерейским Синодом Русской Православной Церкви за границей. Одновременно с проведением переговоров Московский Патриархат и Русская Зарубежная Церковь осуществили ряд совместных начинаний, свидетельствующих, что объединение находит живой отклик среди православной паствы. Несмотря на казавшееся сильным противостояние среди немалой части зарубежной паствы, под молитвенным и мудрым водительством митрополита Лавра Зарубежная Церковь смогла подойти к воссоединению потеряв лишь очень немногих чад. Наконец, 17 мая 2007 года в Московском храме Христа Спасителя состоялось торжественное подписание патриархом Московским и всея Руси Алексием II и первоиерерхом РПЦЗ митрополитом Восточно-Американским и Нью-Йоркским Лавром Акта о каноническом общении между Московским Патриархатом и Русской Зарубежной Церковью, после подписания которого состоялось первое совместное богослужение.

Управление и жизнь Русской Православной Церкви Заграницей регламентирует Положение о Русской Православной Церкви Заграницей.

Первоиерархи

Святыни

В Знаменском храме при Архиерейском Синоде в Нью-Йорке хранится главная святыня Русской Зарубежной Церкви, чудотворная Курская-Коренная икона Божией Матери, вывезенная из России в 1920 году. Икона часто переносится для поклонения в различные епархии и приходы Русской Зарубежной Церкви. Драгоценной святыней являются также мощи святых преподобномучениц великой княгини Елисаветы Феодоровны и инокини Варвары, убитых большевиками в 1918 году. Останки преподобномучениц в 1921 году были перевезены в Иерусалим, где они ныне почивают в храме святой Марии Магдалины.

Статистика

  • 1952 - 23 иерарха, 12 епархий, несколько миссий, более 300 приходов [5]
  • 2001 - 19 архиереев, около 600 священнослужителей (священников и диаконов), 16 епархий, 39 монастырей и скитов, 454 прихода [6]
  • 2009 - 375 приходов в 31-й стране мира [7]
  • 2013 - 13 архиереев (из них 2 на покое), 409 приходов и 39 монастырей [8]

Ставропигии

Учебные заведения

Использованные материалы



[1]  "Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2 февраля 2013 года", Журнал Московской Патриархии, 2013, № 3, с. 19, http://jmp.ru/archiv/jmp_03_2013_small.pdf

[2]  "Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2 февраля 2013 года", Журнал Московской Патриархии, 2013, № 3, с. 19, http://jmp.ru/archiv/jmp_03_2013_small.pdf

[3]  Принцип этот был ясно выражен в патриаршем послании от 8 октября 1919 года: «Мы с решительностью заявляем, — писал святитель Тихон, — что... установление той или иной формы правления не дело Церкви, а самого народа. Церковь не связывает себя ни с каким определенным образом правления, ибо таковое имеет лишь относительное историческое значение».

[4]  Так, в этот период в юрисдикцию Московского Патриархата были приняты митрополит Мелетий (Заборовский), архиепископы Димитрий (Вознесенский), Серафим (Соболев), Виктор (Святин), Нестор (Анисимов), Ювеналий (Килин) и Серафим (Лукьянов).

[5]  По данным Троицкого календаря на 1952 год. Цит. по Серафим (Иванов), архиеп., Паломничество из Нью-Йорка в Святую Землю (Через Рим, Афины, Константинополь, Бейрут - на самолете), США, 1952, http://www.russian-inok.org/books/serafin.html#local7

[6]  Сафонов Д. В., "Взаимоотношения двух частей Русской Православной Церкви: к истории вопроса," Радонеж (газета), 21 мая 2004, http://www.radonezh.ru/main/getprint/8813.html

[7]  "Издан новый справочник приходов Русской Зарубежной Церкви", страница официального сайта Русской Православной Церкви, 24 мая 2009, http://www.patriarchia.ru/db/text/653594.html

[8]  "Доклад Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2 февраля 2013 года", Журнал Московской Патриархии, 2013, № 3, с. 19, http://jmp.ru/archiv/jmp_03_2013_small.pdf

Редакция текста от: 11.08.2016 12:20:11

"РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ ЗАГРАНИЦЕЙ" еще можно поискать:

полнотекстовый поиск в Древе: Яндекс - Google
в других энциклопедиях: Яндекс - Википедия - Mail.ru -
в поисковых системах: Искомое.ru - Яндекс - Google