МУЧЕНИК

Статья из энциклопедии "Древо": drevo-info.ru

Му́ченик (гр. μάρτυς, лат. martyr), древнейший сонм святых, прославляемых Церковью за мученическую смерть, принятую ими за веру.

Понятие мученичества

Основным значением греч. μάρτυς является "свидетель", и в этом значении это слово может относиться к апостолам как свидетелям жизни и воскресения Христа, получившим благодатный дар исповедовать Божество Христа, явление Бога Слова во плоти и наступление нового царства, в котором человек усыновляется Богу (ср. Деян. 2, 32). Явившись апостолам после воскресения, Христос говорит: “Вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый, и будете Мне свидетелями (μάρτυρες) в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли” (Деян. 1, 8). С распространением гонений на христиан этот дар свидетельства приписывается по преимуществу мученикам, которые своей добровольной смертью за веру засвидетельствовали силу данной им благодати, превратившей страдания в радость; тем самым они свидетельствуют о победе Христа над смертью и о своем усыновлении Христу, т.е. о реальности Царствия Небесного, достигнутого ими в мученичестве. В этом смысле “мученичество есть продолжение апостольского служения в мире” (В.В.Болотов). Вместе с тем мученичество – это следование путем Христовым, повторение страстей и искупительной жертвы Христа. Христос выступает как первообраз мученичества, свидетельства собственной кровью. Отвечая Пилату, Он говорит: “Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать (μάρτυρήσω) об истине” (Ин. 18, 37). Отсюда и наименование Христа свидетелем (мучеником) в Апокалипсисе: “...от Иисуса Христа, Который есть свидетель (μάρτυς) верный, первенец из мертвых и владыка царей земных” (Откр. 1, 5; ср. Откр. 3, 14).

Два этих аспекта мученичества в полной мере проявляются уже в подвиге первого христианского мученика, первомученика Стефана. Стефан, предстоя осудившему его синедриону, “воззрев на небо, увидел славу Божию и Иисуса, стоящего одесную Бога, и сказал: вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога” (Деян. 7, 55-56); он таким образом свидетельствует о Царствии Небесном, открывшемся для него во время и в результате мученичества. Само же мученичество напоминает страсти Христовы. Когда Стефана побивали каменьями, он “воскликнул громким голосом: Господи, не вмени им греха сего. И, сказав сие, почил” (Деян. 7, 60). Слова прощения реализуют тот образец, который дал Христос при распятии, сказав: “Отче прости им, ибо не знают, что делают” (Лк. 23, 34). Таким образом, в своем мученичестве Стефан следует путем Христа.

В ранний период именно мученичество более всего способствует распространению Церкви, и в этом плане оно также выступает как продолжение апостольского служения. Первое распространение Церкви соотнесено с мученичеством св. Стефана (Деян. 8, 4 и далее), этим мученичеством было подготовлено и обращение апостола Павла (Деян. 22, 20). Одиннадцать из двенадцати апостолов (кроме апостола Иоанна Богослова) закончили жизнь мученическим подвигом. И в дальнейшем вплоть до Миланского эдикта 313 года мученичество как сильнейшее свидетельство веры было одной из основ распространения христианства. По словам Тертуллиана, кровь христиан была тем семенем, из которого произрастала вера.

История мученичества

Итак, первые мученики появляются еще в апостольский период. Их мученичество было результатом преследований со стороны иудеев, смотревших на христиан как на опасную секту и обвинявших их в богохульстве. В Новом Завете содержится несколько свидетельств о мучениках, пострадавших от этих гонений. Кроме уже упоминавшегося мученичества св. Стефана, здесь говорится, например, об Антипе, “верном свидетеле (μάρτυς)” Божием, умерщвленном в Пергаме (Откр. 2, 13). Римские власти в этот начальный период христиан не преследуют, не отличая их от иудеев (иудаизм же был в Риме дозволенной – licita – религией). Так, иудеи в нескольких случаях пытались предать ап. Павла на суд римским властям, однако эти власти отказывались осуждать апостола, поскольку рассматривали выдвигаемые против него обвинения как религиозные споры внутри иудаизма, в которые они не желали вмешиваться (Деян. 18, 12-17; Деян. 23, 26-29; Деян. 26, 30-31).

Гонения на христиан со стороны римских властей начинаются со времени императора Нерона (54-68). Они распадаются на три основных периода. К первому периоду относятся гонения при Нероне в 64 г. и гонения при Домициане (81-96). В этот период римская власть еще не рассматривает христианство как особую враждебную ей религию. При Нероне христиан преследуют, возложив на них вину за римский пожар; при Домициане они подвергаются гонениям как иудеи, не декларирующие своего иудейства и отказывающиеся платить “иудейский налог”.

Распространение христианства в разных слоях римского общества (далеко за пределы иудейской общины) заставляет римские власти осознать, что они имеют дело с особой религией, причем религией враждебной как римскому государственному строю, так и традиционным культурным ценностям римского общества. С этого времени начинается преследование христиан как религиозной общины. Точная хронология здесь отсутствует. Важнейшим документом для этого периода гонений является письмо Плиния Младшего императору Траяну (около 112 г.). Плиний спрашивает у Траяна, какой юридической процедуры он должен придерживаться в преследовании христиан. Он задает этот вопрос, поскольку “никогда не присутствовал на следствиях о христианах”. Из этих слов можно заключить, что преследование христиан как религиозной общины к этому времени уже имело место. Траян в своем ответе говорит о правомерности преследования христиан, причем о правомерности преследования “за самое имя” (nomen ipsum), т.е. за одну принадлежность к христианской общине (поскольку по римским законам христиане в силу своих убеждений совершали два преступления – святотатство, выражавшееся в отказе от принесения жертвы богам и клятвы их именем, и оскорбление величества). Траян, однако, указывает, что нет необходимости “выискивать” христиан, они подвергаются суду и казни лишь в том случае, когда кто-то выдвигает против них обвинение. Траян также пишет, что “тех, кто отречется, что они христиане, и докажет это на деле, т.е. помолится нашим богам, следует за раскаяние помиловать, хотя бы в прошлом они и были под подозрением”. На этих принципах – с теми или иными отклонениями – и основывались гонения на христиан во второй период. На этот период приходится мученичество таких почитаемых христианских святых, как св. Поликарп Смирнский (ум. ок. 155 г.) и св. Иустин Философ. Для понимания почитания святых в древней Церкви особо следует подчеркнуть принцип добровольности мучений.

Третий период начинается с правления императора Декия (249-251) и продолжается вплоть до Миланского эдикта 313 г. В изданном Декием эдикте изменяется юридическая формула преследования христиан. Преследование христиан вменялось в обязанность правительственным чиновникам, т.е. становилось не результатом инициативы частного обвинителя, а частью государственной деятельности. Целью гонений была, однако, не столько казнь христиан, сколько принуждение их к отречению. Для этого применялись изощренные пытки, однако выдержавшие их не всегда подвергались казни. Поэтому гонения данного периода наряду с мучениками дают множество исповедников. Преследованию подвергались прежде всего предстоятели церквей. Гонения отнюдь не были постоянными, и перемежались периодами почти полной терпимости (эдикт императора Галлиена, 260-268, предоставлявший предстоятелям церквей свободно заниматься религиозной деятельностью). Наиболее жестокие гонения приходятся на конец царствования Диоклетиана (284-305) и последующие годы. В 303-304 гг. издается ряд эдиктов, лишающих христиан всяких гражданских прав, предписывающих заключать в тюрьму всех представителей клира и требовать от них отказа от христианства (принесения жертв); последний эдикт 304 г. предписывал всех вообще христиан повсеместно принуждать к принесению жертв, добиваясь этого любыми пытками. Мученичество в эти годы было массовым, хотя в разных провинциях преследования производились с разной интенсивностью (наиболее жестокими они были на востоке империи). Гонения прекращаются после издания в 311 г. эдикта, в котором христианство признается дозволенной религией (хотя явным образом и не снимаются ограничения с христианского прозелитизма), и в полной мере после Миланского эдикта 313 г., провозгласившего полную веротерпимость.

История христианского мученичества, естественно, этим не заканчивается. Мученичества, в том числе и массовые, имели место и позднее, при императорах-арианах, в Персидской империи, в различных странах, где христианство сталкивалось с язычеством, в ходе борьбы ислама с христианством, и т.д. По справедливому слову прп. Иустина (Поповича)

С первого дня своего существования Церковь была, есть и будет мученической. Страдание и гонение является для Церкви Божией атмосферой, в которой она непрестанно живет. В разные времена и гонение это бывало различным: иногда явным и открытым, иногда скрытым и вероломным...[1]

Однако, именно история мученичества в древнейший период имеет определяющее значение для богословского осмысления мученического подвига, для установления почитания мучеников (и вообще почитания святых) и выработки его форм, что и делает необходимым особое внимание к этому периоду.

Почитание мучеников

Почитание мучеников развивается в древнейшие времена, видимо, одновременно с самим распространением мученичества. Достаточно рано оно облекается в определенные институализованные формы; хотя с течением времени эти формы и эволюционируют, ряд основополагающих элементов преемственно сохраняется при всех изменениях. Эти элементы являются центральными и для формирования культа святых вообще. Осмысление мученичества как торжества благодати над смертью, достижения Царства Небесного, путь к которому был открыт смертью и воскресением Христа, и соответственно как предвосхищения всеобщего воскресения во плоти отражается в складывающихся культовых формах, прежде всего в церковном воспоминании мученика и праздновании его памяти, в молитвенном обращении к мученикам как “друзьям Божиим” и заступникам людей перед Богом, в почитании могил мучеников и их останков (мощей).

По свидетельству “Мученичества Поликарпа Смирнского” (Martirium Policarpi, XVIII), ежегодно в годовщину смерти верующие собирались на могиле мученика, служили литургию и раздавали милостыню нищим. Эти основные элементы и образовали первоначальный культ святых. Ежегодные поминовения мучеников понимались как воспоминания дня их нового рождения (dies natalis), рождения их в вечную жизнь. Эти празднования включали чтение актов мученичества, трапезу поминовения и совершение литургии. В III в. такой порядок был уже всеобщим. Подобные поминовения могли усваивать отдельные элементы соответствующих языческих обрядов (например, раздача колива). Над могилами возводились постройки, в которых (или рядом с которыми) совершалось поминовение (гр. μάρτύρον лат. memoria); одной из моделей для них служили позднеиудаистические поминальные здания на могилах пророков. После прекращения гонений строительство таких зданий получает дальнейшее развитие; на Востоке к мавзолею, в котором хранились мощи, часто пристраивалась церковь; на Западе мощи обычно хранились под алтарем самой церкви.

В результате развития почитания мучеников места христианских погребений становились центром церковной жизни, могилы мучеников – почитаемой святыней. Это означало радикальное изменение в позднеантичном мировосприятии, в котором город живых и город мертвых были разделены непроходимой гранью и только город живых являлся местом социального бытия (кладбища располагались за городской чертой). Этот переворот в сознании делался особенно радикальным, когда в города стали переноситься мощи мучеников, вокруг которых группировались и обычные захоронения (поскольку погребение рядом с мучеником рассматривалось как средство получить его заступничество).

Развитие почитания мучеников побудило Церковь в IV-V вв., после прекращения гонений, определенным образом регламентировать это почитание. Отдельные его формы, совпадавшие с языческими, стали восприниматься как пережитки язычества и подверглись осуждению (так, бл. Августин Иппонийский возражает против устройства поминальных пиршеств на могилах). Бл. Иероним Стридонский говорит, что подобные эксцессы объясняются “простотой мирян и, конечно же, благочестивых женщин”. В этом контексте происходит пересмотр актов мученичества и канонизация мучеников. Празднование памяти мучеников и построение мемориальных церквей над их могилами получает каноническую санкцию. Празднование памяти перерастает из частного обряда, совершаемого над могилой, в общецерковное торжество – сначала на уровне местной церковной общины, а затем и всей церкви. Дни памяти различных мучеников (dies natalis) объединяются в годовой цикл, фиксируемый в мартирологах. На этой основе формируется неподвижный годовой круг церковного богослужения.

Представление о мучениках как заступниках за людей перед Богом, как о постоянно присутствующих членах церковной общины выразилось и в чине литургии. Мученики с древнейших времен особо упоминаются в ходатайственной молитве (intercessio), произносимой непосредственно после преложения Св. Даров (epiclesis), и для них отделяется особая частица на проскомидии (при приготовлении Св. Даров). В честь мучеников вынимается пятая частица из третьей, так наз “девятичинной” просфоры, разделяемой по чинам святых. Согласно русскому служебнику эта частица вынимается “в честь и память” “Святаго Апостола, первомученика и архидиакона Стефана, святых великих мучеников Димитрия, Георгия, Феодора Тирона, Феодора Стратилата и всех святых мученик, и мучениц: Феклы, Варвары, Кириакии, Евфимии и Параскевы, Екатерины и всех святых мучениц” (в разных православных традициях набор имен может варьироваться).

В истории Русской Церкви первые мученики появились еще до крещения Руси князем Владимиром: по сообщению Повести временных лет в 983 г. киевские язычники убили двух варягов-христиан (отца и сына). В 1015 г. были убиты свв. князья Борис и Глеб; понимание их гибели как мученичества свидетельствует о расширении в русской духовности самого этого понятия: хотя свв. Борис и Глеб были убиты не за веру, а в результате междоусобия, их смирение в смерти и следование Христу и чтимым мученикам в непротивлении мучителям воспринимались как христианский подвиг. К числу русских мучеников относится и ряд святых, пострадавших за веру в Орде (князь Михаил Черниговский и боярин его Феодор, князь Михаил Ярославич Тверской), литовские мученики, пострадавшие от язычников при Ольгерде в 1347 г. и др. В настоящее время идет процесс канонизации мучеников Русской Церкви, пострадавших после 1917 г.

Канонизация мучеников

Как уже отмечалось выше, наряду с мучениками в Церкви эпохи гонений почита­лись также исповедники, т. е. те верующие, которые испо­ведали Христа, претерпели за веру пытки, истязания или ссылку и заключение, но умерли естественной смертью [2]. По словам св. Иоанна Златоуста, «мучеником делает не только смерть, но душевное расположение; не за конец дела, но и за намере­ние часто сплетаются венцы мученичества» [3].

Однако здесь было различие: пострадавшие за Христа до смерти члены Церкви вносились в списки святых без ка­кого-либо исследования их жизни, а уже в силу их подвига — очищения мученической кровью, исповедники же, соглас­но свидетельству святого Киприана Карфагенского, разде­лялись на два класса: умиравшие вскоре после перенесён­ных ими страданий были приравниваемы к мученикам [4]; жив­шие более или менее долго после них могли быть причтены к лику святых, если и последующую свою жизнь они про­водили вполне праведную [5].

Церковь почитала страдальца мучеником только тогда, когда имелось полное убеждение, что человек не оступился во время мученического подвига, а совершил его в единстве с Церковью, всецело предавшись в руки всеспасительного Промысла Божия. Не могли, естественно, быть причислены к святым по­страдавшие еретики или схизматики, а также отпавшие из-за церковного раскола или из-за предательства, или по нецерковным мотивам.

Епископ Аполлинарий Иерапольский свидетельствует о позиции Церкви применительно к мученичеству монтанистов: «Если члены Церкви, призванные к мученичеству за истинную веру, встречаются с так называемыми «муче­никами», последователями фригийской ереси (т. е. монтанизма), они держатся особо и умирают, не входя с ними в общение» [6].

9-е и 34-е правила Лаодикийского собора (ок. 343), не­сомненно отражающие уже сложившееся церковное воз­зрение, прямо называют скончавшихся не за кафоличес­кую веру лжемучениками и возбраняют (под угрозой отлу­чения) членам Церкви посещать места их захоронений с какой бы то ни было целью .

Правило 9: На кладбища всяких еретиков, или в так именуемыя у них мученическия места, да не будет дозволено церковным ходити для молитвы или для врачевания. А ходящим, аще суть верные, быти лишенными общения церковнаго на некое время. Кающихся же и исповедающих, яко согрешили, приимати во общение.

Правило 34: Всякому христианину не подобает оставляти мучеников Христовых и отходити ко лжемученикам, которые, то есть, у еретиков находятся или сами еретиками были. Ибо сии удалены от Бога: того ради прибегающие к ним да будут под клятвою.

Следует также указать, что Церковью, как правило, не признавались мучениками христиане, намеренно добив­шиеся смерти своим вызывающим поведением [7]. Так, епископ Менсурий Карфагенский (нач. IV в.) запрещал своей пастве посещать в темницах тех, кто попадал туда из-за оскорбления язычников, а Эльвирский Собор, бывший в 305 году, прямо постановил, что убитые в похо­дах при разрушении языческих капищ и идолов не должны быть признаваемы мучениками.

Св. Григорий Богослов писал: «Закон мученичества: щадя гонителей и немощных, не выходить на подвиг само­вольно, но выйдя — не отступать, потому что первое - дерзость, а второе - малодушие» [8].

Мученики могут быть разделены на пост­радавших от язычников, иноверных, инославных и атеис­тов, в особую группу гонителей можно выделить вероотступников. Очень часто религиозное противостояние неотделимо от исторической борьбы народов и государств.

Все это приводит к выводу, что главной причиной в прославлении должны быть не внешние, формальные при­знаки мученичества, но засвидетельствованные Церковью и народным почитанием внутренние побуждения мученичес­кого подвига страдальцев за Христа.

Общие молитвословия

Тропарь мученику, глас 4

Мученик Твой, Господи, (имярек), / во страдании своем венец прият нетленный от Тебе, Бога нашего, / имеяй бо крепость Твою, / мучителей низложи, / сокруши и демонов немощныя дерзости. / Того молитвами / спаси души наша.

Кондак мученику, глас 2

Звезда светлая явился еси, / непрелестная мирови, / Солнца Христа возвещающи, / зарями Твоими, страстотерпче (имярек), / и прелесть погасил еси всю, / нам же подаеши свет, / моляся непрестанно о всех нас.

Величание мученику

Величаем тя, страстотерпче святый (имярек), и чтем честная страдания твоя, иже за Христа претерпел еси.

Тропарь мученикам, глас 2

Страстотерпцы Господни, / блаженна земля, напившаяся кровьми вашими, / и свята селения, приимшая телеса ваша, / в тризнищи бо врага победисте / и Христа со дерзновением проповедасте: / Того яко блага молите / спастися, молимся, душам нашим.

Кондак мученикам, глас той же

Светильницы светлии явльшеся, божественнии мученицы, / тварь всю светлостию чудес озаряете, / недуги разрешающе и глубокую тьму всегда отгоняюще, / Христу Богу молящеся непрестанно о всех нас.

Величание мученикам

Величаем вас, страстотерпцы святии, и чтем честная страдания ваша, яже за Христа претерпели есте.

Тропарь мученице, глас 4

Агница Твоя, Иисусе, (имярек) / зовет велиим гласом: / Тебе, Женише мой, люблю, / и, Тебе ищущи, страдальчествую, / и сраспинаюся, и спогребаюся Крещению Твоему, / и стражду Тебе ради, / яко да царствую в Тебе, / и умираю за Тя, да и живу с Тобою, / но яко жертву непорочную, приими мя, с любовию пожершуюся Тебе. / Тоя молитвами, / яко Милостив, спаси души наша.

Кондак мученице, глас 2

Храм Твой всечестный яко цельбу душевную обретше, / вси вернии велегласно вопием ти, / дево мученице (имярек), великоименитая, / Христа Бога моли непрестанно о всех нас.

Величание мученице

Величаем тя, страстотерпице Христова (имярек), и чтим честное страдание твое, еже за Христа претерпела еси.

Тропарь мученицам, глас 1

Агницы словесныя Агнцу и Пастырю, / приведостеся мучением ко Христу, / течение скончавше / и веру соблюдше. / Темже днесь радостною душею совершаем, досточуднии, святую вашу память, / Христа величающе.

Кондак мученицам, глас 4

Страстотерпиц Христовых память празднуем, / и верою просяще помощи / избавитися всем от всякия скорби, зовуще: / Бог наш с нами, / Иже сих прославивый, якоже изволи.

Величание мученицам

Величаем вас, страстотерпицы святыя, и чтем честная страдания ваша, яже за Христа претерпели есте.

Использованные материалы



[1]  Цитата по Игнатий (Шестаков), монах, "Сербский преподобномученик диакон Аввакум," 4.VI.2004, http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/sykon/client/display.pl?si...281.

[2]  см. Церковную историю Евсевия, V, 2, 3

[3]  Творения, т. 2, СПб., 1896, с. 732

[4]  св. Киприан Карфагенский. Послание 27, 2. PL, IV, 328

[5]  см. Послание св. Киприана, 5, 3; 6, 4-5. PL, IV, 234, 237-238

[6]  Евсевий Кесарийский. Церковная история, V, 17,20-21

[7]  см. Бла­женный Августин. Col lat. cum. Donatistis, III, 25

[8]  Творения, ч. IV, М., 1844, с. 57

Редакция текста от: 28.07.2013 13:58:00

"МУЧЕНИК" еще можно поискать:

полнотекстовый поиск в Древе: Яндекс - Google
в других энциклопедиях: Яндекс - Википедия - Mail.ru -
в поисковых системах: Искомое.ru - Яндекс - Google