ВОЛХВЫ

Статья из энциклопедии "Древо": drevo-info.ru

Поклонение волхвов. Книжная миниатюра 1340 г. Библиотека Академии Наук, Москва.
Поклонение волхвов. Книжная миниатюра 1340 г. Библиотека Академии Наук, Москва.
Волхвы́, славянский перевод греческого magoi (лат.– magi). В Новом Завете – персонажи повествования о Рождестве Иисуса Христа, пришедшие «с востока» поклониться родившемуся в Вифлееме Младенцу (Мф. 2, 1–12).

Согласно рассказу евангелиста Матфея о рождении Иисуса, в правление царя Ирода Великого в Иерусалим пришли некие волхвы , чтобы поклониться Младенцу, ибо они «видели звезду Его на востоке». Их вопрос: «Где родившийся Царь Иудейский?» – вызвал переполох при дворе Ирода, увидевшего угрозу своей власти, а также волнения в народе. Посоветовавшись с первосвященниками и книжниками, Ирод выяснил, что именно Вифлеем был тем местом, где должен родиться Мессия, на основании предсказания пророка Михея (Мих. 5, 1–2). Узнав от волхвов о времени появления звезды, Ирод просил их сообщить ему, когда найдут Младенца, якобы для того чтобы также пойти и поклониться Ему. По пути в Вифлеем волхвы вновь явилась звезда, которая «вела их» вплоть до дома, где был Младенец. «И, войдя в дом, увидели Младенца с Мариею, Матерью Его, и, пав, поклонились Ему; и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну. И, получив во сне откровение не возвращаться к Ироду, иным путем отошли в страну свою» (Мф. 2, 11–12). Разгневанный Ирод, пытаясь защитить свою власть, приказал убить «всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов» (Мф 2, 16).

Событие поклонения языческих магов Божественному Младенцу становится предметом размышлений многих толкователей уже в самых ранних памятниках христианской литературы, т. к., следуя ветхозаветной традиции, христианство изначально негативно оценивает магию и астрологию как несовместимые с представлением о свободе воли и стремится опровергнуть их перед лицом эллинистической культуры. Во всей библейской литературе только евангелист Матфей употребляет термин magoi в позитивном смысле, относя его к группе людей, совершающих благочестивый поступок. Понятие «маг, волшебник» в Ветхом Завете всегда имеет негативный оттенок и выражается (заклинатели мертвых: Лев. 20, 6; 2 Пар 33, 6; прорицатели при египетском (Быт 41, 8, 24; Исх 7, 11, 22; Исх. 9, 11) и вавилонском (Дан 1, 20; Дан. 2, 2; Дан. 4, 4; Дан. 5, 7, 11, 15) дворах); дважды словом magoi в Деяниях апостолов (Деян. 8, 9 и Деян. 13, 8) также в негативном смысле названы астрологи и заклинатели.

В античной литературе в основном существует 2 значения этого термина: люди, принадлежащие к персидским зороастрийским жрецам, и вавилонские жрецы-астрологи как особая профессиональная группа. Геродот первый упоминает магов как особое персидское племя или эзотерическое сообщество, посвятившее себя царским жертвоприношениям, ритуалам погребения, предсказаниям и толкованиям снов [1]. Известно также определение волхвов, данное Платоном или кем-то из его учеников в разговоре об учении одного молодого персидского аристократа: «Один из них преподает магию Зороастра, сына Ормузда; суть ее в почитании богов» [2]. В данном случае имеется в виду определенная профессия, суть которой в исполнении конкретных жреческих функций. Такое понимание было определено общим античным представлением о зороастризме [3]. Со временем акцент в понимании этого слова все больше смещается с выполнения жреческих функций на дивинационную практику астрологических предсказаний. Плиний Младший, напр., говорит о 2 функциях магов: исцеление от болезней и предсказание будущего, при этом последнее считается более важным [4]. Т. о., этот изначально этнический термин прочно связывается с вост. астрологией и магией вообще [5].

Отсутствие в рассказе евангелиста точных указаний на происхождение волхвов, их число, мотив, который побудил их отправиться в путь, уже достаточно рано послужило основанием для многочисленных предположений экзегетов, а также для развития легендарных традиций как на Востоке, так и на Западе.

Попытки экзегетов уточнить, откуда «с востока» (греч.– apo anatolоn) пришли волхвы, приводят с учетом возможных значений термина magoi (греч.) к 3 основным вариантам решения: многие утверждают персидское [6] или вавилонское [7] происхождение волхвов, реже их родиной называют Аравию [8]. Подтверждением персидского или халдейско-вавилонского происхождения волхвов может служить указание евангелиста на мотив, побудивший их пойти и поклониться «родившемуся Царю Иудейскому»: «Мы видели звезду Его на востоке». Контакты иудеев с народами Вавилона и Персии возникли достаточно рано и постоянно поддерживались, поэтому волхвы в силу своего интереса к религиозным проблемам вполне могли иметь представление об ожидаемом иудеями царе-Мессии и о пророчестве о мессианской звезде (Чис 24, 17). Звезда (у древних звезда или комета часто была указанием на рождение великого человека) стала тем знаком, который побудил волхвов искать родившегося царя в Иерусалиме, самом известном городе иудеев. Необычное небесное явление, даже без допущения знакомства волхвов, посвятивших себя изучению звезд, с иудейскими верованиями, могло стать причиной их путешествия, т. к. появление на небе необычной звезды как в зороастризме, так и в халдейской магии понималось как предзнаменование события, способного изменить мир [9].

В обширной астрономической литературе, связанной с данным вопросом [10], можно выделить следующие наиболее распространенные объяснения. Во-первых, появление сверхновой звезды, что, однако, невозможно точно доказать для этого времени; затем явление т. н. кометы Галилея, которая была видна ок. 12–11 гг. до Р. Х., но для понимания евангельского рассказа это событие произошло слишком рано. Мн. исследователи более обоснованным считают явление особой звезды и ссылаются на сообщение кит. астрономов о комете или сверхновой звезде(?) в 5–4 гг. до Р. Х. [11]. И наконец, констелляция Юпитера и Сатурна, которая трижды происходила в 7 – 6 гг. до Р. Х. и была хорошо заметна. Кроме того, именно эта констелляция была предсказана вавилонскими астрономами [12]. Такое объяснение принимается мн. толкователями, поскольку Юпитер считался «царской звездой», а Сатурн, «субботнюю звезду», иногда называли «звездой евреев» [13] (подробнее см. ст. Звезда волхвов).

Согласно многим экзегетам, волхвы поклонились Младенцу как Сыну Божию. Обоснование также находят в особенностях употребления греческого глагола proskuno (греч - «поклоняться»), что по греческим представлениям подобает только богам, а по вост. – также облеченным высокой властью людям, прежде всего царям [14]. У евангелиста Матфея это слово употребляется в значении «поклонение» Иисусу со стороны тех, кто ожидает от Него помощи (Мф 8, 2; Мф. 9, 18; Мф. 15, 25; ср. Мф. 20, 20), напр. поклонение учеников (Мф 14, 33) Воскресшему Господу (Мф 28, 9, 17). Поклонение волхвов подчеркивает величие Христа как Сына Давида (Мф 1, 1), Сына Божия (ср. Мф 1, 20–21; Мф. 2, 15) и Мессии Иммануила (ср. Luz. S. 120). Противники такой интерпретации ссылаются на то, что волхвы, придя в Иерусалим, искали именно царя («Где родившийся Царь Иудейский?» – титул «царь иудейский» достаточно редко употребляется как мессианский). Кроме того, поклонение царю и дары могли быть просто способом выражения почтения (ср. Иер 19, 1; Иер 42, 6), которое не выходит за рамки обычаев мн. древних народов (ср.: 1 Цар 10, 27; Пс 71, 10) [15].

Спорным является и вопрос о времени прихода волхвов в Вифлеем. Независимо от происхождения (вавилонское или персидское) ясно, что с учетом необходимых приготовлений к путешествию и расстояния до Иудеи они могли достичь Вифлеема не ранее, чем через неск. недель после рождения Младенца. Наиболее широкое распространение получило мнение, согласно которому волхвы прибыли в Вифлеем, когда Младенцу было уже не менее 2 лет, на это косвенно может указывать приказ Ирода «избить всех младенцев в Вифлееме и во всех пределах его, от двух лет и ниже, по времени, которое выведал от волхвов» (Мф 2, 16).

Патристическая и средневековая интерпретация

Христологическое толкование подразумевает, что сцена поклонения волхвов Младенцу Христу символизирует конец языческой магии и мудрость мира, т. о., получает совершенно новую оценку [16]. Некоторые авторы считали волхвов гадателями, одержимыми бесами, которые, однако, были приведены Богом в Вифлеем, чтобы осознать грехи и признать власть Сына Божия [17]. Многие отцы и учители Церкви осмысляют этот рассказ в контексте вопроса о христианской миссии и понимают приход волхвов как призыв язычников к спасению: волхвы – «первые из язычников» [18]; часто такое толкование имеет антииудейскую направленность – следствием поклонения язычников младенцу Иисусу становится «проклятие иудеев», которых в этом эпизоде представляют царь Ирод, его книжники и народ, ибо ВОЛХВЫ шли за звездой, а иудеи не верили своим пророкам [19]. Назидательное толкование подчеркивает важность благочестивого поведения волхвов, в первую очередь их поклонение, принесение даров, которые часто воспринимались как символы [20].

Наиболее распространенным у ранних авторов является мнение о происхождении волхвов из Персии [21]. Согласно св. Иустину мученику [22] и Тертуллиану [23], они прибыли из Аравии, реже встречается утверждение об их происхождении из Месопотамии или Эфиопии [24].

В XIIIXIV вв. в Зап. Европе появились сведения о существовании христианских общин в Центр. Азии, которые считались основанными волхвами, многие хронисты говорят о монгольском происхождении волхвов, относя их к жителям царства Фарс в Азии. Целью нашествия татар в XIII в., т. о., считалось стремление похоронить тела предков, почитаемых в Кёльне, в Германии.

В средневековье, особенно на Западе, считалось, что волхвы были восточными царями. По всей вероятности, на возникновение этой т. зр. повлияли стихи мессианского Пс 71. 10–11: «Цари Фарсиса и островов поднесут ему дань; цари Аравии и Савы принесут дары; и поклонятся ему все цари; все народы будут служить ему», а также слова из Ис 60. 6: «Множество верблюдов покроет тебя [Иерусалим] – дромадеры из Мадиама и Ефы; все они из Савы придут, принесут золото и ладан и возвестят славу Господа». Самый ранний пример этого толкования находят у Тертуллиана [25], однако в сочинении Тертуллиана речь, по всей видимости, идет не о действительном царственном достоинстве волхвов, но подчеркивается то, что они обладали высочайшим авторитетом (fere reges). Аутентичность слов о царском достоинстве волхвов в гомилии св. Афанасия [26] и в проповеди блж. Августина [27] оспаривается [28] и потому не может служить доказательством правомерности подобного подхода. Т. о., в ранней патристической литературе утверждение о царском достоинстве волхвов встречается только у Кесария, еп. Арелатского (VI в.) [29], в большинстве случаев о волхвах говорится как о мудрецах, астрологах, ищущих истину. Представление о волхвах как восточных царях окончательно сложилось в средневековой Европе начиная с IX в.; в это же время стали считать, что волхвы были потомками или представителями всей земли: Сима, Иафета и Хама, т. е. прообразовали Вселенскую Церковь [30]. Такое расширенное толкование вызвало полемику во время Реформации [31], скептическое отношение у католических экзегетов [32], однако существенно не повлияло на народное благочестие, и Богоявление оставалось праздником «Трех королей».

Долгое время количество волхвов, пришедших с востока, не было точно установленным. Число 3, которое утвердилось впоследствии, впервые приводит Ориген, он связывает волхвов с 3 мужами, которые встречают Исаака (Быт 26. 27–29) [33], или по числу даров [34]. Постепенно установилось именно это число, хотя в др. произведениях этого периода говорится о 2, 4, 6, 8 [35], а в сир. церкви существовало предание о 12 волхвах, которые пришли в Иерусалим с большой свитой [36].

Имена волхвов Каспар, Мельхиор и Вальтазар появляются в раннем средневековье [37], позднее это мнение стало общепринятым (Иоанн Хильдесхаймский (XIV в.), Иаков из Варацце (XIII в.)). Встречаются описания внешнего вида волхвов: Каспар – безбородый юноша, Мельхиор – бородатый старец, Вальтазар – темнокожий [38], позднее – черный (Елизавета из Шёнау, XII в.).

Звезда, указавшая путь волхвам к месту рождения нового Царя, иногда соотносилась толкователями с мессианским предсказанием о восхождении звезды от Иакова (Числ 24. 17) языческого прорицателя Валаама. Начиная с Оригена [39] существовало представление, что волхвы были потомками Валаама, которые из поколения в поколение передавали пророчество в своей среде, пока оно, наконец, не исполнилось в евангельской звезде Рождества [40].

Многие церковные авторы считают, что волхвы прибыли в течение 2-го года после Рождения Христа [41]. Эта интерпретация отражена в иконографии поклонения волхвов первых веков христианства, где Младенец изображается уже немного подросшим. Однако есть отцы, которые считали, что событие поклонения произошло на 1-й неделе после рождения Иисуса, напр., блж. Августин называет точное время – 13-й день после рождения [42].

В рамках христологического толкования евангельского рассказа дары волхвов (золото, ладан, смирна) получают символическое значение: они указывают на царское, божественное и человеческое (страдание, смерть) служение Младенца [43]. Начиная с Иринея [44] и Оригена [45] смирна понималась как указание на предстоящую смерть Христа (Мк 15. 23; Ин 19. 39); золото подобает Иисусу как Царю, ладан – как Богу, смирна – как человеку [46]. Иногда ладан – указание на первосвященническое служение Иисуса [47]. Для автора толкования на Евангелие от Матфея [48], написанного в V в., дары символизируют веру, разум и добрые дела [49]. Для Евфимия Зигабена (XII в.) – это добрые дела, молитва и умерщвление страстей [50]; для папы Григория I Великого (кон. VI в.) – мудрость, молитва и умерщвление плоти [51]. Начиная с позднего средневековья существует толкование, что золото указывает на бедность Св. семейства, ладан – на зловоние в стойле, смирна была дана для здоровья Младенца [52].

Легендарные традиции Запада и Востока сохранили ряд особенностей и деталей жизни волхвов Один из древних текстов – «Книга сокровищ пещеры» (VI в.) сообщает, что за 2 года до рождения Иисуса волхвы в Персии видели звезду особой формы, которая сопровождалась видением о девушке с коронованным ребенком во чреве. Волхвы взошли на гору Нуд, чтобы взять дары, которые в одной из пещер этой горы были оставлены Адамом и Евой. Адам заповедовал своему сыну Сифу взять сокровища только тогда, когда явится необычная звезда; от Сифа это завещание передавалось из поколения в поколение. 3 волхва поклонились Иисусу как Мессии, а по возвращении возвестили о Нем в своих странах. После Пятидесятницы они были крещены ап. Фомой, проповедовавшим в их странах, и присоединились к нему в деле благовествования Евангелия. О 12 волхвах говорится в сир. легенде (Хроника Зукнина, VIII в.) о завете Адама, данном сыну, и о чудесном явлении звезды, которая вела волхвов в пещеру сокровищ и в Иерусалим. Из поколения в поколение избирались 12 мудрецов, которые должны были каждый год восходить на высокую гору, где в молитве в течение 3 дней наблюдали за светилами, чтобы увидеть таинственную звезду.

Влияние восточных легендарных традиций на западные заметно уже в V в., напр. в Opus imperfectum in Mattheum [53], который связан с тем же источником, что и Хроника Зукнина, т. к. в нем упоминаются 12 мудрецов и ожидание появления яркой звезды. В XIV в. европейская легендарная традиция в развитом виде нашла отражение в кн. Иоанна Хильдесхаймского «Historia trium regum», повествующей о 3 царях, Мельхиоре из Нубии, Вальтазаре из Годолии и Каспаре из Фарса. Узнав о рождении Младенца благодаря звезде, предсказанной Валаамом, они отправились в Иерусалим отдельно друг от друга и встретились там из-за тумана не сразу. Мельхиор ожидал остальных на горе Кальвар, где воздвиг часовню; после встречи и беседы с Иродом они отправились в Вифлеем, где преподнесли Христу кроме золота, ладана и смирны др. предметы, принадлежавшие Александру Великому и царице Савской, а также сосуды из иерусалимского храма, похищенные халдеями. Мельхиор, кроме того, поднес золотое яблоко (державу) и 30 динариев (они были утеряны Марией и Иосифом; их нашел один пастух и отдал в иерусалимский храм, потом они послужили платой Иуде за предательство). Вернувшись на родину, они стали возвещать о Христе, построили часовню и храмы, в которых изображали Младенца с поднявшейся над крестом звездой. После Пятидесятницы ап. Фома отправился в те края, освятил часовню и поставил волхвов епископами.

Почитание волхвов

В западных календарях память Каспара отмечается 1 января, Мельхиора – 6 января, Вальтазара – 11 января. Впосл. память трех волхвов была приурочена к празднику Богоявления Господня – 6 января [54]. В этот день устраивались представления, изображающие поклонение волхвов, получившие название праздника «Трех королей». В православных календарях нет особого дня памяти волхвов. В ряде византийских рукописей под 25 декабря отмечается только «поклонение волхвов» [55].

Рака Трёх Волхвов в алтаре Кёльнского собора
Рака Трёх Волхвов в алтаре Кёльнского собора
По преданию, мощи волхвов были обретены в Персии равноап. Еленой и перенесены в Константинополь, в V в.– в Милан. В 1164 г. по желанию имп. Фридриха I Барбароссы мощи были увезены в Кёльн архиеп. Рейнальдом, где 24 июля был установлен местный праздник «Трех королей». В наст. время они хранятся в Кёльнском кафедральном соборе во имя Пресвятой Богородицы и ап. Петра. В XIII в. о гробницах волхвов в персидском городе Сава (ныне Саве, к юго-западу от Тегерана) сообщал Марко Поло.

Дары волхвов до IV в. хранились в Иерусалиме, имп. Аркадий перенес их в Константинополь, впосл. они были помещены в храме Св. Софии. По свидетельствам паломников, когда подаренное волхвами золото подносят к уху, «чудесным образом слышится как бы шепот» [56]. После падения Константинополя (1453) Мария (Мара) Бранкович, вдова тур. султана Мурада II и дочь серб. деспота Георгия Бранковича, привезла их на Афон. Когда в нарушение древнего запрета она подымалась от пристани к монастырю св. Павла, Богородица чудесным образом воспрепятствовала ей приблизиться к обители. Мария не посмела идти далее и передала дары волхвов в руки игумена, который вышел ей навстречу в сопровождении братии. Впоследствии на этом месте иноки воздвигли часовню.

Золото сохранилось в виде 28 небольших подвесок различной формы, поверхность каждой пластины украшена сканью. Ладан и смирна представляют собой маленькие шарики (до 60 штук). В наст. время эта святыня хранится в ризнице монастыря св. Павла.

Иконография

Изображения волхвов, основанные на евангельском повествовании (Мф 2. 1–12), а также на апокрифических текстах («Протоевангелие Иакова», Евангелие Псевдо-Матфея), известны с III в. как в живописи катакомб, так и в рельефах саркофагов. Они, как правило, включены в композиции Рождественского цикла и не встречаются в качестве единоличных образов. Наиболее распространенные сюжеты с волхвами: поклонение Богородице и Младенцу, путешествие за звездой, беседа с Иродом, возвращение в свои страны. волхвы изображаются в коротких туниках, штанах и фригийских шапках, иногда одежды орнаментированы, что подчеркивает вост. происхождение волхвов (напр., в церкви Успения Богородицы в Дафни, ок. 1100). В сцене поклонения волхвов с сосудами в руках представлены рядом с сидящей на престоле Богоматерью с Младенцем либо с одной стороны (напр., катакомбы Каллиста, сер. III в., латеранский саркофаг, IV в.), либо с 2 сторон (2 волхва изображены в катакомбах Петра и Марцеллина, кон. III в.; в церкви Санта-Мария Маджоре в Риме, 432 г.,– на триумфальной арке, рядом с престолом, на котором сидит Младенец Христос, беседующими с Иродом; волхвы в обтягивающих расшитых жемчугом нарядах и фригийских шапках). В церкви Сант-Аполлинаре Нуово (VI в.), сцена поклонения волхвов находится на сев. стене перед вереницей мучениц, подходящих к Богоматери. В образах волхвов можно отметить новые черты, характерные для византийской иконографии: если до сих пор они изображались безбородыми, то здесь и в последующих памятниках Гаспар представлен в виде старца с седой бородой, Валтасар – средовеком, Мельхиор – юношей. В церкви Сант-Аполлинаре Нуово иллюстрируется путешествие волхвов на конях и Акафист.

Почитание волхвов в средневековье было связано с перенесением их мощей из Милана в Кёльн (1164). В пространном сказании о «Трех святых царях» Иоанна Хильдесхаймского наряду с изложением легендарной истории волхвов и повествованием об обретении и перенесения и мощей содержится возвышенная похвала Кёльну. Заключительная 46-я гл. «О прославлении трех святых царей, о том, как надлежит их хвалить» свидетельствует о значении их почитания для Церкви. Особенности местного кёльнского празднования и рождественские мистерии оказали влияние на рус. иконографию. Так, на псковской иконе «Собор Богоматери» (ГТГ, нач. XV в.) волхвы изображены подносящими дары (в своих обычных одеждах) и поющими рождественскую стихиру (в диаконских стихарях).

Литература

  • ActaSS. Ian. T. 8. P. 323, 664;
  • BHG, N 802–806b; BHL, N 5135–5138;
  • NikТdhmoj. Sunaxarist»j. T. 4. S. 405–409;
  • MartRom. P. 1, 8;
  • ЖСв. Дек. С. 704–715;
  • Таррагонский аноним «О граде Константинополе»: Лат. описание реликвий XI в. // Реликвии в искусстве и культуре восточнохристианского мира. М., 2000.
  • Царевский А. С. Волхвы с Востока и вифлеемская звезда. К., 1891;
  • Митякин А. П. Волхвы с востока: Историко-экзегетический очерк // ХЧ. 1893. Ч. 1. С. 13–37;
  • Протопопов П. Волхвы египетские, вавилонские и вифлеемские // ВиР. 1901. Т. 1. Ч. 2. С. 755–782, 801–818;
  • Фивейский М., свящ. Евангелие от Матфея // Лопухин. Толковая Библия. СПб., 1911. Т. 8. С. 00–00;
  • Kehrer H. «Die Heiligen Drei Kцnige» in der Legende und in der deutschen bildenden Kunst bis A. Durer. Strassburg, 1904;
  • idem. «Die Heiligen drei Kцnige» in Literatur und Kunst. 2 Bde. Lpz., 1908–1909;
  • Hildesheim, 19762;
  • Скабалланович М. О звезде волхвов. К., 1912;
  • Knabenbauer J. Commentarius in Evangelium secundum Matthaeum. 2 Bde. 19223;
  • Meisen K. Die heiligen drei Kцnige und ihr Festtag im volkstьmlichen Glauben und Brauch. Kцln, 1949;
  • Olschki L. The Wise Men of the East in Oriental Tradition // Semitic and Oriental Studies. 1951. Vol. 11. P. 375–395;
  • Monneret de Villard U. Le leggende orientali sui Magi Evangelici. Vat., 1952;
  • Gordini G. D. Magi // BiblSS. Vol. 8. Col. 494–520;
  • Leclercq H. Mages // DACL. T. 10. P. 980–1067;
  • Riedinger U. Die Heilige Schrift im Kampf der griechischen Kirche gegen die Astrologie: von Origenes bis Johannes von Damaskos. Innsbruck, 1956;
  • Montefiore H. Josephus and the NT // NT. 1960. Vol. 4. P. 139–160;
  • Die Heiligen Drei Kцnige: heilsgeschichtlich, kunsthistorisch; das religiцse Brauchtum / Hrsg. A. Wienand. Kцln, 1974;
  • Schulze A. Zur Geschichte der Auslegung von Mt 2,1–12 // ThZ. 1975. Bd. 31. S. 150–160;
  • Ferrari-d’Ochieppo K. Der Stern der Weisen. Wien, 19772;
  • Hughes D. The Star of Bethlehem Mystery. L., 1979;
  • Yamauchi E. M. The Episode of the Magi // Chronos, Kairos, Christos / Ed. J. Vardaman, E. M. Yamauchi. Winona Lake, 1989. P. 15–39;
  • Stramare T. Matteo 2,1–12: Gesщ adorato dai magi a Betlemme (Parte I) // Bibbia e oriente. 1997. T. 39. P. 155–167;
  • idem. Matteo 2,1–12: Gesщ adorato dai Magi a Betlemme (v. 6) e tu, Betlemme, terra di Giuda // Ibid. 1998. T. 40. N. 2. P. 119–125;
  • Forster H. Die Feier der Geburt Christi in der Alten Kirche: Beitr. z. Erforschung d. Anfдnge d. Epiphanie- u. Weihnachtsfests. Tьb., 2000;
  • Maalouf T. T. Were the Magi from Persia or Arabia? // Bibliotheca sacra. 2001. Vol. 156. P. 423–442.

Использованные материалы



[1]  Herod. Hist. I 101; VII 43, 191 и мн. др.

[2]  Alcibiades Maior 122a

[3]  ср.: Strabo. Geogr. XV 3. 15; XII 3. 37; Xen. Cyrop. IV 5. 14; VII 5. 57

[4]  ср.: Plin. Jun. Hist. Natur. XXX; также Plutarch. Vitae. Alexander 3. 7

[5]  Stuckrad K., von. Das Ringen um die Astrologie. B., 2000. S. 575

[6]  Hughes. P. 193

[7]  Yamauchi. P. 15–39; Митякин. С. 15–17; Фивейский. С. 41

[8]  Maalouf. P. 426–430

[9]  Cardini. Sp. 496

[10]  Ferrari d’Ochieppo. P. 124–130; Hughes. P. 93–194

[11]  Montefiore. 143; Hughes. 148–152

[12]  о т. н. сиппарском звездном календаре и берлинской планетарной таблице см.: Ferrari d’Ochieppo. S. 55–58

[13]  Tacit. Hist V 4

[14]  см. Greeven H. proskuno // ThWNT. Bd. 6. S. 762. Anm. 38–40

[15]  Gardini. Sp. 499

[16]  Ign. Eph. 19. 3; Iust. Martyr. Dial. 78. 9; Tertull. De idolatr. 9. 7; Clem. Alex. Exc. Theod. 74; Riedinger. S. 142–146

[17]  Iust. Dial. 78; Orig. Contr. Cels. I 60; Hieron. In Is. 19. 1; Aug. Serm. 20. 3, 4

[18]  Aug. Serm. 200. 1, 202. 1

[19]  Beda. In Matth. // PL. 92. Col. 13; Ioan. Chrysost. In Matth. 6. 3; 7. 5; Petr. Chrys. Serm. 158

[20]  Tertul. De idolatr. 9. 5; Ioan. Chrysost. In Matth. 7. 5

[21]  Clem. Alex. Strom. I 15; Cyr. Alex. In Is. 49. 12; Ioan. Chrysost. Hom. 6. 14; 7. 1, 15; 8. 1; Leclercq. P. 992

[22]  Dial. 77. 4; 78. 1; 88. 1

[23]  Adv. Marc. III 13. 8; Adv. Iud. 9

[24]  Knabenbauer. Bd. 1. S. 128) (напр., Maxim. Torin. Hom. 18–28 de Epiph)

[25]  Adv. Marc. III 3

[26]  PG. T. 38. Col. 961

[27]  PL. T. 39. Col. 2018

[28]  Gordini. Sp. 501

[29]  Sermo. 139

[30]  Beda. In Matth. 13; Walafrid Strabo. Glossa Ordinaria // PL. T. 114. Col. 73

[31]  Luther M. Predigt von 1524 // WA. Bd. 15. S. 409

[32]  Maldonat J. Commentarii in quatuor Evangelistas / Hrsg. J. Raich. Kirchheim, 1874. Bd. 1. S. 25

[33]  In Gen. Hom. 14. 3

[34]  Contr. Cels. I 60

[35]  Kehrer. 1904. S. 22–25

[36]  Cesar. Arl. Sermo 139

[37]  Excerpta Latina Barbari, VI в.?; Paris Cod. 4884, VII в., ср.: Kehrer. 1908. S. 64–75; Leclercq. S. 161–167

[38]  Ps.-Beda. Excerpta et Collectanae // PL. 94. Col. 541

[39]  Contr. Cels. I 59; In Num. 13. 7; 15. 4

[40]  Hieron. In Matth. II; Ambros. Mediol. In Luc. II 44, 48; Basil. Magn. Hom. de Nativ. 15

[41]  Euseb. Quaest ad Steph 16. 5; Hieron. Chron. 3; Epiph. Adv. haer. 51. 9

[42]  Serm. 203 in Epiph. 1. 3

[43]  Iren. Adv. haer. III 9. 2

[44]  Adv. haer. III 9. 2

[45]  Contr. Cels. I 60

[46]  Clem. Alex. Paed. II 63. 4

[47]  Maximus Turin. Hom. 21

[48]  Opus imperfectum in Mattheaum

[49]  Opus imperfectum in Mattheaum 2

[50]  Euth. In quat. Evang. 145

[51]  Greg. Magn. XL Hom. In Evang. 2. 10

[52]  Thomas Aquin. Super Evangelium S. Matthaei Lectura. Torino/Roma, 19515. N. 201; Erasmus. In Evangelium Matthaei Paraphrasis // Opera Omnia. T. 7. Hildesheim, 1962. S. 10

[53]  PG. T. 56. Col. 637

[54]  Мартиролог Рабана Мавра IX в. и др.

[55]  напр., Минологий имп. Василия II – PG. 117. Col. 225–228

[56]  Таррагонский аноним. С. 158

Редакция текста от: 19.07.2015 14:30:40

"ВОЛХВЫ" еще можно поискать:

полнотекстовый поиск в Древе: Яндекс - Google
в других энциклопедиях: Яндекс - Википедия - Mail.ru -
в поисковых системах: Искомое.ru - Яндекс - Google