Законодательная база не готова к введению института капелланов в России, считает юрист Анатолий Пчелинцев

16.03.2011 Нормативно-правовая база пока совершенно не подготовлена к введению института военного духовенства, которое (введение) de facto уже происходит в России. Таков основной вывод доклада известного адвоката, главного редактора журнала «Религия и право» профессора РГГУ Анатолия Пчелинцева, который он представил 14 марта на семинаре в Московском Центре Карнеги.

Сообщение на тему «Русская Православная Церковь и армия: опыт истории и современные проблемы взаимодействия» было подготовлено им в рамках проекта Центра Карнеги по исследованию современной религиозной жизни в России. Однако основную часть доклада А.Пчелинцев посвятил обобщению исторического опыта военного духовенства в Российской империи и историографии проблемы. Говоря о прошедшем 20-летии, он бегло проанализировал официальные документы РПЦ, относящиеся к данной теме, и сделал вывод о том, что в настоящее время «уровень влияния Церкви на призывников и военнослужащих крайне низок».

В целом юрист поддерживает инициативу по введению института капелланов в современной российской армии. Однако, по его словам, несовершенство законодательной базы является главным препятствием для обеспечения свободы совести в вооруженных силах. Например, на сегодняшний день в военных частях созданы уже тысячи религиозных общин, а закон (ст. 8 Федерального закона «О статусе военнослужащих») их запрещает, предписывая желающим военнослужащим участвовать в богослужениях только в качестве частных лиц.

Докладчик посетовал на то, что разработка Положения о статусе капелланов велась крайне непублично, в закрытом режиме; а многие моменты опубликованного Положения по организации работы с верующими военнослужащими Вооруженных Сил Российской Федерации вызывают вопросы. Еще одним принципиальным «подводным камнем» в создании института военного духовенства А.Пчелинцев считает преференции, которые имеет в этой сфере РПЦ. По его словам, это становится причиной случаев насилия в армейской среде, когда избивают военнослужащего «не нашей веры». Несмотря на то, что точного учета конфессиональной принадлежности военнослужащих никто не ведет, необходимо соблюдать права не только православных РПЦ МП, но и старообрядцев, католиков, протестантов, мусульман и др., что пока игнорируется Министерством обороны РФ, отметил адвокат.

Доклад вызвал оживленную дискуссию, доминантой которой стала современная, а не историческая проблематика. Участники семинара разделились на сторонников и противников введения института военного духовенства в России. В числе последних оказались: историк Ирина Глушкова (ИВ РАН), которая рассказала о массовом и недобровольном крещении новобранцев, свидетельницей которого она стала; публицист Марк Смирнов, преподаватель одного из военных вузов Сергей Ванеев, который уверен, что введение военного духовенства поставит крест на соблюдении принципа свободы совести в армии; игумен Петр (Мещеринов), который на основе личного опыта утверждал, что государство через введение данного института хочет за счет Церкви решить задачи патриотического воспитания и психологической поддержки военнослужащих. А сопредседатели Института свободы совести Сергей Мозговой и Сергей Бурьянов были категоричны: первый считает, что уже имеющаяся практика дискредитирует саму идею капелланства; второй же призвал «срочно прекратить эксперимент, который подрывает Вооруженные силы».

Однако у А.Пчелинцева нашлись и единомышленники. Так, религиовед Роман Лункин уверен, что для духовенства разных религий в армии имеется широкое поле деятельности, например, участие в решении проблемы дедовщины. Религиоведы Сергей Филатов и Михаил Шахов утверждали, что принцип светскости государства не исключает присутствия религиозных служителей в армии, однако воплощение этой идеи в России у них вызывает настороженность.

Подводя итоги дискуссии, руководитель семинара, известный исламовед Алексей Малашенко отметил, что проблема военного духовенства порождает больше вопросов, чем ответов. По его мнению, присутствие религии в армии не консолидирует военнослужащих, но создает почву для межрелигиозных конфликтов. «Я бы сказал категорическое «нет» военным священникам, но запретить их я тоже не призываю. Вопрос очень сложный, его нельзя решить в черно-белых тонах», – заключил эксперт.

Редакция текста от: 16.03.2011 17:03:43