ЕПИФАНОВИЧ СЕРГЕЙ ЛЕОНТЬЕВИЧ

Внимание, эта статья еще не окончена и содержит лишь часть необходимой информации
Статья из энциклопедии "Древо": drevo-info.ru

Сергей Леонтьевич Епифанович
Сергей Леонтьевич Епифанович
Сергей Леонтьевич Епифано́вич (1886 - 1918), профессор Киевской духовной академии, выдающийся богослов-патролог

Родился 15 ноября 1886 года в городе Новочеркасске Донской области в семье Леонтия Епифановича, преподавателя Донской духовной семинарии.

В 1900 году окончил Новочеркасское духовное училище, в 1906 году - Донскую духовную семинарию.

В 1906-1910 годах обучался в Киевской духовной академии, окончил с отличием и со степенью кандидата богословия за сочинение о прп. Максиме Исповеднике, с правом защиты магистерской диссертации без экзамена.

В течение 1910/11 учебного года состоял штатным профессорским стипендиатом для подготовки к преподавательской деятельности при академии по кафедре истории древней Церкви.

25 июля 1911 года был утвержден в должности преподавателя Киевской духовной академии по кафедре патрологии в звании исполняющего обязанности доцента с 16 августа 1911 года.

В 1913-1918 годах вел преподавательскую и научную деятельность: читал в КДА лекции по патрологии I-V вв.; с 10 октября 1917 года был назначен также преподавателем греческого языка.

Член Богоявленского при Киевской духовной академии братства для вспомоществования служащим в академии и студентам.

В начале 1913 года защитил магистерское диссертационное исследование «Преподобный Максим Исповедник: его жизнь и творения» (в 3 т.), получившее высокую оценку Совета КДА и похвальные отзывы профессоров КДА М. Н. Скабаллановича и Н. Ф. Мухина. Современники считали, что он являл собой идеал православного церковного ученого - синтез «дидаскала» и подвижника: "Как великие каппадокийцы в Афинах, он в Киеве знает только две дороги - в библиотеку и в храм".

Становление его как ученого происходило в контакте с лучшими представителями русской церковной науки. Он вел переписку со многими учеными, такими как профессор КДА и КазДА, ректор КазДА еп. Чистопольский Анатолий (Грисюк) - его научный руководитель в КДА, проф. МДА иером. Варфоломей (Ремов), А. И. Бриллиантов, Н. Н. Глубоковский, Ю. А. Кулаковский, прот. К. С. Кекелидзе, прот. Тимофей Лященко и других, а также с рядом зарубежных исследователей, сотрудничал с проф. М. Д. Муретовым. Незадолго до кончины он близко общался с приехавшим из Петрограда профессором СПбДА Н. И. Сагардой. Сохранившиеся письма свидетельствуют, что одной из главных целей этих контактов был обмен редкими в России научными изданиями и первоисточниками, необходимыми ему для работы.

В период Первой мировой войны и последовавших революционных событий, несмотря на сложные условия, трудности с использованием научной литературы и ряд других проблем, продолжал научно-преподавательскую деятельность. На приглашение еп. Анатолия (Грисюка), профессора и ректора Казанской духовной академии, переехать в Казань ответил отказом. В 1918 году утвержден в звании доцента и избран экстраординарным профессором Киевской духовной академии.

Скончался 28 сентября 1918 года, после болезни.

Оценки

Один из выдающихся отечественных патрологов конца XIX - начала XX века, наследие которого, несмотря на сравнительно небольшое число опубликованных трудов, не утратило значения до настоящего времени. Будучи знатоком не только первоисточников, но и всей имеющейся на тот момент научной, в первую очередь западной литературы по патрологии и церковной истории, он являл собой тем не менее образец самостоятельно мыслящего в рамках Предания Церкви ученого. Характеризуя его научную деятельность А. Прахов, его современник, замечал, что он обнаруживал, «за исключением трудов знаменитого Болотова, беспримерную в русском богословии самостоятельность работы».

В магистерской диссертации, сохранившейся (не полностью) в рукописи, и 2 опубликованных на ее основе книгах, «Преп. Максим Исповедник и византийское богословие» (1915) и «Материалы к изучению жизни и творений преп. Максима Исповедника» (1917), он впервые в русской церковной науке представил учение прп. Максима в наиболее полном объеме как целостную богословскую систему и результат синтеза византийского святоотеческого богословия, поместив его в контекст исторической эпохи и богословской мысли периода христологических споров (V-VII вв.). В диссертации учтены и освещены практически все доступные отечественные (не менее 10) и зарубежные (не менее 30) научные издания, имевшие отношение к прп. Максиму и к византийскому богословию V-VII вв. в целом, проведен подробный (в т. ч. сравнительный) анализ данных различных житийных и иных церковно-исторических источников и на их основе осуществлена авторская реконструкция хронологии жизни и произведений прп. Максима, включая обзор всех его сочинений, а также их многочисленных отрывков в других источниках.

Был одним из первых отечественных исследователей наследия прп. Максима Исповедника. Защитил трёхтомную магистерскую диссертацию о преподобном.

Книга «Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие» является публикацией введения ко 2-му тому его диссертации Кн. «Материалы к изучению...» (часть 3-го т. диссертации), по отзывам современников, имела значение не только для российской, но и для зарубежной патрологической науки, в первую очередь источниковедческого направления, как собрание и публикация на основании подробного текстологического исследования рукописей из многих (ок. 10) библиотек мира (для чего он на собственные средства выписывал фотокопии рукописей) грекоязычных произведений, приписывавшихся прп. Максиму (часто в отрывках и разночтениях), с исследованием их аутентичности (CPG, N 7707), большинство из которых не вошли в «Патрологию» Ж. П. Миня (PG. 90, 91). В частности, им был произведен текстологический анализ древнейших рукописей схолий на «Ареопагитики» (CPG, N 7708): Е. пришел к обоснованному выводу об их лишь частичной принадлежности прп. Максиму, по большей же части - Иоанну Скифопольскому (VI в.). Им были также опубликованы 4 главнейших греч. житийных источника жизни и деятельности прп. Максима.

Епифанович представил прп. Максима Исповедника как оригинального и многостороннего мыслителя, важное звено в святоотеческом Предании Церкви. Совершив целостную реконструкцию его учения, он показал в полном объеме различные стороны богословия преподобного: учение о Боге, триадологию, космологию, антропологию, психологию, учение о грехопадении и спасении, пневматологию, аскетику и эсхатологию. По словам Ж. К. Ларше, ему принадлежит первенство в оценке важнейшей для восточно-христианского богословия сотериологической идеи обожения как центральной и основополагающей для учения прп. Максима.

Является автором полного курса лекций по доникейской патрологии.

Сохранились его конспекты лекций по патрологии I-III вв. Одна из оригинальных идей его патрологической методологии - признание, в противоположность мнению Сагарды, некорректным вошедшего в практику присвоения в церковной науке титула "учитель Церкви" церковным авторам (Клименту Александрийскому, Евсевию Кесарийскому, Оригену, Тертуллиану и др.), "которые погрешали в истории и не удостоены имени святых отцов... гораздо правильнее поэтому всех, не причисленных к лику отцов, называть «писателями церковными» (ecclesiastici scriptores)".

Как переводчик, он продолжил начатый в 1830-х годах прот. Г. П. Павским (ХЧ. 1830-1835) перевод «Вопросоответов к Фалассию» прп. Максима Исповедника, издав 25 из 65 «Вопросоответов» (1916-1917).

Его научные статьи носят в основном характер пространных отзывов на выходящие книги по патрологии и церковной истории (ТКДА. 1913-1916). В них он проявил себя как знаток зарубежных научных изданий и ученый, склонный к детальному и скрупулезному историческому, концептуальному и библиографическому анализу.

Проф. А.И. Сидоров писал о нем так:

Особо следует сказать о С.Л. Епифановиче — ученом, не дожившем и до 32 лет. После его смерти все близкие ему люди сходились в мнении, что «это был подвижник и науки, и веры. О нем говорили, как о Григории Богослове с Василием Великим в их бытность для образования в Афинах, что он знал две дороги: в Академию и храм». Перед своей кончиной этот «светский схимник», по выражению одного из друзей, смиренно оценивал свои научные работы так: «Много было толков, но как мало сделано. Есть кое-что из написанного, но все это не окончено, а потому и значения никакого не имеет», — «Там доучусь!» — произнес как-то больной окидывая прощальным скорбным взором свои обремененные книгами полки». Действительно, в чисто «количественном» отношении Сергей Леонтьевич успел сделать немного: его магистерская диссертация о прп. Максиме Исповеднике, почти уже готовая, так и не увидела свет, а переводы творений прп. Максима прервались, едва начавшись. Однако и две выдержки из диссертации С.Л. Епифановича, вышедшие отдельными выпусками, — «Преподобный Максим Исповедник и византийское богословие» и «Материалы к изучению жизни и творений преп. Максима Исповедника» — составляют целую эпоху в истории русской патрологической науки. Недаром в рецензии на первую книгу А. Прахов говорит, что она, по своему глубинному проникновению в суть богословия прп. Максима, обнаруживает, «за исключением трудов знаменитого Болотова, беспримерную в русском богословии самостоятельность работы». Подобное сравнение с В.В. Болотовым С.Л. Епифанович, несомненно, заслужил. Его рукописный курс патрологии подтверждает необычный Божий дар у почившего в Бозе молодого профессора, с рвением первохристианских «дидаскалов» исполнившего свое церковное служение на земле [1]

Сочинения

  • По поводу книги М. Ф. Оксиюка: Эсхатология св. Григория Нисского. Киев 1914.
  • Преп. Максим Исповедник и византийское богословие. К., 1915. М., 1996;
  • Материалы к изучению жизни и творений преп. Максима Исповедника. К., 1917;
  • Патрология: Церковная письменность I-III вв.: Курс лекций, чит. студентам КДА в 1910-1911 гг.: 3 ч. / Под ред. доц. МДА Н. И. Муравьева. Серг. П., 1951. Маш.;
  • Максим Исповедник, прп. «Вопросоответы к Фалассию»: Пер. с коммент. // БВ. 1916-1917 (переизд.: Максим Исповедник, прп. Творения. М., 1993. Т. 2);
  • Библиографическая заметка на кн. свящ. Д. А. Лебедева «Антиохийский Собор 324 г. и его послание к Александру, еп. Фессалоникскому». СПб., 1911 // ТКДА. 1913. Янв. С. 126-168;
  • Св. Александр Александрийский и Ориген // ТКДА. 1915. Сент.- нояб. С. 245-283;
  • Псевдо-Евлогий // ТКДА. 1917. Янв.- февр. С. 132-143 (переизд.: Преп. Максим Исповедник и византийское богословие. М., 1996. Прил.: Псевдо-Евлогий. С. 167-176).
  • Лекции по патрологии. "Воскресение", М. 2010.

Литература

  • Соколов Л. Праведник наших дней: Светлой памяти проф. С. Л. Епифановича. К., 1918.
  • Сидоров А. И. С. Л. Епифанович и его книга о прп. Максиме Исповеднике // Епифанович С. Л. Преп. Максим Исповедник и византийское богословие. М., 1996. С. 5-9.
  • Сидоров А. И. Курс патрологии: Возникновение церковной письменности. М., 1996. С. 40-41.

Использованные материалы



[1]  А.И. Сидоров. Курс Патрологии.

Редакция текста от: 22.08.2016 20:42:27

"ЕПИФАНОВИЧ СЕРГЕЙ ЛЕОНТЬЕВИЧ" еще можно поискать:

полнотекстовый поиск в Древе: Яндекс - Google
в других энциклопедиях: Яндекс - Википедия - Mail.ru -
в поисковых системах: Искомое.ru - Яндекс - Google